условия новации в гражданском праве
Условия новации в гражданском праве
22. Обязательство прекращается новацией, если воля сторон определенно направлена на замену существовавшего между ними первоначального обязательства другим обязательством (статья 414 ГК РФ). Новация имеет место, если стороны согласовали новый предмет и (или) основание обязательства. Соглашение о замене первоначального обязательства другим может быть сформулировано, в частности, путем указания на обязанность должника предоставить только новое исполнение и (или) право кредитора потребовать только такое исполнение.
Соглашение сторон, уточняющее или определяющее размер долга и (или) срок исполнения обязательства без изменения предмета и основания возникновения обязательства, само по себе новацией не является.
При наличии сомнений, была воля сторон направлена на заключение соглашения о новации или об отступном, соглашение сторон толкуется в пользу применения правил об отступном (статья 409 ГК РФ).
Предметом новации могут выступать сразу несколько обязательств, в том числе возникших из разных оснований (пункт 4 статьи 421 ГК РФ).
Обязательство может быть прекращено соглашением о новации, если иное не установлено законом или не вытекает из существа отношений (пункт 1 статьи 414 ГК РФ). Например, новацией может быть прекращено обязательство, возникшее вследствие причинения вреда имуществу.
23. В случае новации договорного обязательства должник по такому обязательству не лишается прав на возражения и иные способы защиты, предусмотренные статьей 328 ГК РФ, например на приостановление своего исполнения (пункт 2 статьи 328 ГК РФ).
24. По соглашению сторон долг, возникший из договоров купли-продажи, аренды или иного основания, включая обязательства из неосновательного обогащения, причинения вреда имуществу или возврата полученного по недействительной сделке, может быть заменен заемным обязательством (пункт 1 статьи 818 ГК РФ).
В случае новации обязательства в заемное в качестве основания для оспаривания не может выступать непоступление предмета займа в распоряжение заемщика.
С момента заключения соглашения о новации у должника возникает обязанность по уплате процентов за пользование займом, если иное не предусмотрено законом или таким соглашением (пункт 1 статьи 809 ГК РФ).
25. Если иное не предусмотрено соглашением о новации, с момента заключения такого соглашения прекращаются дополнительные требования, включая обязанность уплатить за предшествовавший заключению указанного соглашения период неустойку, начисленную в связи с просрочкой исполнения должником первоначального обязательства (пункт 2 статьи 414 ГК РФ).
26. Если в обеспечение первоначального обязательства было выдано поручительство или предоставлен залог лицом, не являющимся должником по этому обязательству, то в результате новации указанные обеспечения прекращаются (пункт 1 статьи 335, пункт 1 статьи 367 ГК РФ). Обеспечения, выданные третьими лицами, сохраняются в отношении возникшего обязательства в том случае, если поручитель или залогодатель прямо выразили согласие на их сохранение, в том числе заранее, до заключения соглашения о новации.
27. Помимо указания на первоначальное обязательство в соглашении о новации должны быть согласованы предмет нового обязательства и иные условия, необходимые для договора соответствующего вида (пункт 1 статьи 432 ГК РФ). Например, если взамен первоначального обязательства должник обязуется передать товар в собственность, то в соглашении о новации должны быть указаны наименование и количество товара (пункт 3 статьи 455 ГК РФ).
28. Если в результате новации договорного обязательства соглашение сторон утратило признаки первоначального договора (например, если предметом нового обязательства стали уплата процентов и возврат суммы денежного долга вместо передачи товаров, которая являлась предметом первоначального обязательства), то с момента новации к отношениям сторон применяются правила о договоре, возникшем в результате новации, или правила о непоименованных и смешанных договорах (пункт 3 статьи 420 ГК РФ).
Если иное не указано в соглашении о новации, то к иным (не прекращающимся новацией) правам и обязанностям сторон, возникшим до новации, применяются правила о первоначальном договоре. Например, если обязательство, являвшееся встречным к новируемому, было исполнено ненадлежащим образом, то кредитор по такому обязательству сохраняет право на использование соответствующих этому обязательству мер защиты.
Следует учитывать, что в отношении первоначального договора и договора, возникающего между сторонами в результате совершения новации, могут быть установлены разные требования к форме, например, в связи с тем, что возникающий договор относится к иному договорному типу или в отношении сделок с имуществом, которое должник обязан предоставить во исполнение нового обязательства, установлены специальные требования к форме. В таком случае к соглашению о новации подлежат применению наиболее строгие из таких правил о форме сделки (пункт 1 статьи 452 ГК РФ).
29. Истечение срока исковой давности по первоначальному обязательству не препятствует заключению соглашения о новации. Срок исковой давности по обязательству, возникшему в результате новации, начинает течь заново с момента, определяемого на основании правил об исковой давности (статья 200 ГК РФ).
Достаточны ли разъяснения Пленума ВС РФ № 6, чтобы определить, что новация состоялась?
Пленум ВС РФ в Постановлении № 6 от 11/06/2020 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» (ПП ВС № 6) прокомментировал отдельные положения о новации.
На мой взгляд, разъяснения в части аналогичны, а в части менее удачны и последовательны, чем положения Информационного письма Президиума ВАСРФ от 21.12.2005 г. № 103 «Обзора практики применения арбитражными судами ст. 414 ГК РФ» (Обзор ВАС № 105).
Однако в любом случае для правоприменения важны следующие нюансы.
Первое. Чтобы новация состоялось, первоначальное обязательство на момент заключения соглашения о новации должно существовать, то есть быть заключенным, но неисполненным, и действительным.
В противном случае новировать просто нечего, а новация как способ прекращения обязательства становится беспредметной и бессмысленной. На этот нюанс ВС РФ, к сожалению, внимания не обращает, фактически просто повторяя в абз. 1 п. 22 ПП ВС № 6 текст ст. 414 ГК РФ: “Обязательство прекращается новацией, если [воля сторон определенно направлена] на замену существовавшего между ними первоначального обязательства другим обязательством (статья 414 ГК РФ)”.
Вместе с тем, именно наличие неисполненного первоначального обязательства и его действительность объясняют п. 29 ПП ВС № 6 о том, что “Истечение срока исковой давности по первоначальному обязательству не препятствует заключению соглашения о новации. Срок исковой давности по обязательству, возникшему в результате новации, начинает течь заново с момента, определяемого на основании правил об исковой давности (статья 200 ГК РФ)”.
Общеизвестно, что истечение исковой давности лишает только судебной защиты, но не прекращает само обязательство. Поэтому наличие или отсутствие судебной защиты требования в рамках существующего обязательства не препятствует заключению соглашения о новации как раз потому, что его условием является именно наличие первоначального обязательства, а не наличие у сторон возможности реализовать свои права требования в юрисдикционном порядке.
Другое дело, что, как обычно, почему –то с исковой давностью в разъяснениях ВС РФ всегда возникают проблемы (см. также пост о зачете в разъяснениях ПП ВС № 6). В этот раз явно в части формулировок, которые некорректны.
Почему вдруг исковая давность начинает именно течь заново? При такой формулировке создается видимость, что исковая давность прерывается новацией, несмотря даже на ссылку на ст. 200 ГК РФ. Однако никакого перерыва и, как следствие, именно нового течения исковой давности не происходит. Если новое обязательство прекращает первоначальное, то обсуждать вопрос о сроках защиты прекращенных прав не актуально ввиду прекращения соответствующих прав. В новом обязательстве срок исковой давности, мягко говоря, еще и течь не начал. Чтобы это произошло, надо допустить сначала просрочку или иное нарушение по новому обязательству, возникшему на основе соглашения о новации. Это явно не произойдет в тот же день, в который вступило в силу соглашение о новации.
Кроме того, если новое соглашение будет исполнено надлежащим образом, вопрос об исковой давности вообще не возникнет.
Второе. ВС РФ № 6 в абз. 1 п. 22 ПП ВС № 6 указывает, что воля сторон должна быть определенно направлена именно на новацию, то есть такое обязательство, которое прекратит действующее предыдущее обязательство, но при этом свяжет тех же лиц новым длящимся обязательством.
Этого нет в ст. 414 ГК РФ, но на это в свое время было указано и в п. 2 Обзора ВАС РФ № 105. Так что ничего революционного в этой части разъяснения нет, зато есть вопрос – а что такое определенность намерения, как его подтвердить и что надо учитывать?
1. Определенность намерения на новацию крайне важна, поскольку
“При наличии сомнений, была воля сторон направлена на заключение соглашения о новации или об отступном, соглашение сторон толкуется в пользу применения правил об отступном (статья 409 ГК РФ)” (абз. 3 п. 22 ПП ВС № 6).
За этим разъяснением ВС РФ скрывается простая мысль: новация не предполагается, презумпции новации не существует.
Не понятно только, почему ВС РФ прямо не добавил это простое разъяснение, важное с точки зрения понимания действующих презумпций и распределения бремени доказывания. Ведь отступное – не единственная альтернатива новации, спор вполне может быть о том, что вместо новации произошло изменение существующего обязательства. Это принципиально, поскольку последствия прекращения обязательства и его изменения различаются. Например, в случае изменения обязательства иные права и обязанности из первоначального обязательства, не затронутые изменением, сохраняются, по ним течет исковая давность, если они были нарушены, и т.п.
В этом смысле п. 2 Обзора ВАС № 105 с указанием на “новация не предполагается” явно был сформулирован более удачно.
Кроме того, на мой взгляд, есть своего рода подвох с отступным.
В целом, приоритет отступного по сравнению с новацией в случае любых сомнений имеет существенное значение, если исходить из буквальных формулировок ГК РФ. Так, новация прекращает обязательство с момента достижения соглашения об этом (консенсуальная сделка), а отступное – с момента его передачи (реальная сделка). Соответственно, по смыслу закона, требования будут тоже содержательно различаться: при наличии соглашения о новации по умолчанию можно требовать только исполнения по новому обязательству, а по соглашению об отступном настаивать на передаче именно отступного нельзя (факультативное обязательства), если стороны об этом прямо специально не договорились (альтернативное обязательство).
НО. На мой взгляд, разъяснения об отступном, приведенные в п. 2 ПП ВС № 6, указанную выше “презумпцию отсутствия новации в случае сомнений” размывают (см. пост про новацию в ПП ВС № 6) и не позволяют пользоваться этим правилом в качестве однозначного и простого инструмента разрешения споров в случае сомнений в квалификации.
Соответственно, при составлении соглашения о новации лучше уделять особое внимание содержанию нового обязательства, чтобы не оказаться в патовой ситуации, когда и на новацию не похоже, и отступным вроде как не признать.
2. Возвращаясь к проблеме установления определенности воли именно на новацию, можно опять обратиться к п. 2 Обзора ВАС № 105, чтобы сформулировать алгоритм для квалификации: “Существо новации заключается в замене первоначального обязательства, существовавшего между сторонами ранее, другим обязательством с одновременным прекращением первоначального обязательства. Новация происходит только тогда, когда действия сторон направлены к тому, чтобы обязательство было новировано. Намерение же произвести новацию не предполагается. Если стороны намерены совершить новацию, то они должны это определенно выразить. Из соглашения должно определенно следовать, что стороны имели в виду замену первоначального обязательства другим обязательством, что влечет для них некоторые правовые последствия, в частности невозможность требовать исполнения первоначального обязательства”.
Принципиальным, на мой взгляд, является то, что с т.з. правовой природы новации по умолчанию должно происходить именно полное прекращение прежнее обязательства и его полная замена новым обязательством. Именно это необходимо прописать или обнаружить с помощью толкования в соглашении сторон о прекращении обязательства новацией.
В абз. 1, 2 п. 22 ПП ВС № 6 вроде бы тоже об этом говорится: “Новация имеет место, если стороны согласовали новый предмет и (или) основание обязательства. Соглашение о замене первоначального обязательства другим может быть сформулировано, в частности, путем указания на обязанность должника предоставить только новое исполнение и (или) право кредитора потребовать только такое исполнение.
Соглашение сторон, уточняющее или определяющее размер долга и (или) срок исполнения обязательства без изменения предмета и основания возникновения обязательства, само по себе новацией не является”.
Единственное, что смущает в процитированной части п. 22 ПП ВС № 6, так это указание на необходимость и достаточность для новации формулировки предоставить только новое исполнение. Поскольку слишком размыта грань межде новизной исполнения и новым способом исполнения (новым порядком исполнения), когда предмет исполнения остается тем же.
Прежняя редакция ст. 414 ГК РФ содержала оговорку применительно к новому обязательству о том, что оно является новым, если им предусмотрен “иной предмет или способ исполнения”. Такая формулировка не только вызывала споры в доктрине (поскольку изменение предмета соответствует идее нового обязательства, а изменение способа далеко не всегда, поскольку предмет остается прежним, отвлекаясь от того, а что такое изменение способа), но и порождала споры на практике из-за смешения соглашений об изменении обязательства и о новации. Не случайно в п. 1 Обзора ВАС № 105 применительно к таким ситуациям как раз содержалось указание на то, что “Соглашение сторон, изменяющее сроки и порядок расчетов по кредитному договору, не означает изменения способа исполнения обязательства, поэтому не является новацией”.
Короче говоря, просто слова “новация” и производных от него (“новировать” и т.п.), будет недостаточно, если не произошло качественного изменения содержания обязательств сторон (в части предмета исполнения или его основания). Это важно помнить, чтобы отличать новацию от изменения существующего первоначального обязательства. Тем более, что, повторюсь, правовые последствия различны: новация прекращает по умолчанию первоначальное обязательство целиком, а в измененном обязательстве права и обязанности сторон, не затронутые изменением, сохраняются в неизменном виде (например, по нарушенным обязательствам течет исковая давность, начисляется неустойка, растет сумма убытков и т.п.).
В этом контексте нельзя не упомянуть звучащий как-то странно п. 23 ПП ВС № 6 о том, что “В случае новации договорного обязательства должник по такому обязательству не лишается прав на возражения и иные способы защиты, предусмотренные статьей 328 ГК РФ, например на приостановление своего исполнения (пункт 2 статьи 328 ГК РФ)”. Если понимать это разъяснение слишком буквально, получается, что вроде бы ВС РФ исходит из того, что новое обязательство не полностью по умолчанию прекращает прежнее обязательство, раз можно использовать различные “прошлые” возражения и защиты. Но если понимать его так, то возникает явно противоречие с текстом ст. 414 ГК РФ, в том числе с п. 2 ст. 414 ГК РФ, и разъяснением, приведенным в п. 22 ПП ВС № 6.
Представляется, что любые исключения из идеи полной замены предыдущего обязательства новым возможны, только если стороны это прямо и крайне конкретно оговорили. Иначе возникает риск того, что новое обязательство возникло, но исполнение по нему не получить из-за различных возражений, связанных с прежним обязательством. И не понятно того, в чем был для кредитора интерес в новации…
Кроме того. Любые соглашения об ином, когда что-то остается из прежнего обязательства, в принципе, возможны, но, на мой взгляд, такие “исключения” из правила о содержании новации не должны быть чрезмерными и качественно значимыми. Иначе говоря, они должны быть несущественными и являться своего рода логическим дополнением к новому обязательству (каким – зависит от ситуации, например, это могут быть особые обязательства по приемке исполнения, которые были в первоначальном обязательстве и т.п.).
Вопрос, разумеется оценочный. Можно провести аналогию с дилеммой оценки доплаты в дарении, которая в целом возможна, но не должна превратить дарение в фактическую куплю-продажу.
Третье. В абз. 4, 5 п. 22 ПП ВС № 6 указано, что
“Предметом новации могут выступать сразу несколько обязательств, в том числе возникших из разных оснований (пункт 4 статьи 421 ГК РФ). Обязательство может быть прекращено соглашением о новации, если иное не установлено законом или не вытекает из существа отношений (пункт 1 статьи 414 ГК РФ). Например, новацией может быть прекращено обязательство, возникшее вследствие причинения вреда имуществу”.
По существу, эти разъяснения посвящены вопросу о пределах договорной свободы сторон на новацию.
По сути, ВС РФ говорит о том, что сторонам предоставлена полная свобода, а ограничения должны быть прямо установлены законом или быть обусловлены существом обязательства. Собственно, это очевидное положение, обусловленное диспозитивностью гражданского регулирования. Поэтому, например, не важно, сколько обязательств сразу выступают предметом новации и каковы основания их возникновения (п.4 ст. 421 ГК РФ). Главное, чтобы предмет или основание были явно новыми, другими.
Лучше бы Пленум ВС РФ продемонстрировал, когда допустимость новация не столько очевидна, а когда новация точно запрещена законом или противоречит существу обязательства.
Например, ВС РФ указал, что допустима новация обязательства, возникшего вследствие причиния вреда имуществу. Вопрос, а можно новировать обязательства по возмещению вреда здоровью, причиненного жизни или здоровью, или обязательства по уплате алиментов? В прежней редакции ст. 414 ГК РФ содержался прямой запрет на это, а теперь его нет. Следовательно, общим правилом должна быть допустимость новации и таких обязательств, только если нет специального запрета в законе.
Другой вопрос. Можно ли сохранить основное обязательство, а новировать только обеспечивающие его обязательства, например, соглашение о нейстоке? Да, поскольку обязательство по неустойке, несмотря на то, что оно выступает способом обеспечения обязательства, является самостоятельным обязательством, причем обычно денежным. Следовательно, как и любое автономное обязательство, оно может быть новировано. На это было указано в п. 5 Обзора ВАС № 105 и справедливо отмечено, что “согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
Статья 414 Кодекса не устанавливает запрета на новацию обязательства по уплате неустойки”.
Или еще пример. Можно ли посредством новации создать обязательство с другим субъектным составом? Как представляется, иной субъектный состав противоречит природе новации (между лицами, связанными первоначальным обязательством, должна сохраниться правовая связь в рамках нового обязательства).
Но вряд ли сама по себе такая конструкция, когда меняется не только предмет и/или основание, но и происходит частичная замена субъектного состава за счет цепочки других сделок невозможна. Просто с учетом открытого перечня способов прекращения обязательств это будет нечто иное, чем просто новация (см. также п. 1 ПП ВС № 6).
Статья 414. Прекращение обязательства новацией
1. Обязательство прекращается соглашением сторон о замене первоначального обязательства, существовавшего между ними, другим обязательством между теми же лицами (новация), если иное не установлено законом или не вытекает из существа отношений.
2. Новация прекращает дополнительные обязательства, связанные с первоначальным обязательством, если иное не предусмотрено соглашением сторон.
Комментарий к ст. 414 ГК РФ
1. Новация представляет собой соглашение, по которому стороны договариваются о замене одного связывающего их обязательства каким-либо другим, новым обязательством. В результате новации первоначальное обязательство прекращается, но участники не порывают правовых связей друг с другом, так как на базе прекращенного возникает согласованное между ними новое обязательство.
Для того чтобы новация считалась состоявшейся, необходимо наличие ряда условий, вытекающих из комментируемой статьи: а) существование первоначального обязательства; б) соглашение сторон о замене этого обязательства другим; в) новое обязательство; г) намерение обновить отношения; д) допустимость замены первоначального обязательства новым.
2. Юридический эффект новации возможен лишь при существовании и действительности первоначального (новируемого) обязательства. Вместе с тем не требуется, чтобы новируемое обязательство непременно было обеспечено исковой защитой. Допустима новация натурального обязательства (например, задавненного или вытекающего из игры).
Первоначальное обязательство может носить и внедоговорный характер. Так, не существует препятствий к новации обязательства из причинения вреда имуществу или из неосновательного обогащения. Закон не исключает также и новации условного обязательства. Допускается новация обязательства по уплате неустойки (процентов) (см. п. 5 письма N 103).
Недействительность первоначального обязательства автоматически влечет недействительность нового обязательства.
4. Комментируемая статья не содержит требований к форме и порядку заключения соглашения о новации, к нему подлежат применению общие правила о форме сделок (гл. 9 и 28 ГК). В случаях новации договорного обязательства соглашение о новации должно подчиняться и правилам о форме договора, породившего первоначальное обязательство (см. п. 1 ст. 452 ГК и коммент. к ней). При коллизии указанных требований применяются правила, устанавливающие более строгие требования к форме и порядку заключения договора.
Применительно к отдельным случаям новации закон прямо устанавливает специальные правила. Так, в силу п. 2 ст. 818 ГК соглашение о новации долга в заемное обязательство должно совершаться в форме, предусмотренной для заключения договора займа.
5. Соглашение о новации является консенсуальной сделкой. Для ее вступления в силу не требуется передачи имущества, а достаточно лишь согласования воли сторон. Соответственно, первоначальное обязательство прекращается с момента заключения соглашения о новации.
Недействительность новационного соглашения означает, что новация не состоялась и стороны остались связанными первоначальным обязательством.
6. В силу п. 1 комментируемой статьи новое обязательство должно возникать между теми же сторонами. Данное положение объясняется, видимо, желанием законодателя отграничить новацию от института перемены лиц в обязательстве (уступки требования и перевода долга), который исторически возник как разновидность новации.
7. Пункт 1 комментируемой статьи предусматривает, что новое обязательство должно отличаться от первоначального иным предметом или способом исполнения. Данное указание не следует толковать буквально. В частности, изменение способа исполнения (т.е. порядка совершения должником действий по исполнению обязательства) далеко не всегда означает замену обязательства.
8. Необходимым условием новации является animus novandi, т.е. намерение сторон установлением нового обязательства прекратить первоначальное обязательство (п. 2 письма ВАС N 103). Это намерение должно либо прямо фиксироваться в соглашении сторон, либо вытекать из его содержания.
При наличии спора относительно того, имела ли место новация, бремя доказывания animus novandi лежит на стороне, ссылающейся на это обстоятельство.
9. Законом могут устанавливаться случаи недопустимости новации. В частности, п. 2 комментируемой статьи содержит императивное правило, исключающее новацию в отношении обязательств по возмещению вреда, причиненного жизни или здоровью, а также алиментных обязательств. Причины такого запрета кроются в строго целевом характере указанных обязательств, исключающем возможность их прекращения способом иным, нежели исполнение.
Запрет новации может содержаться и в иных, чем ГК, законах (см., например, п. 9 ст. 142 Закона о банкротстве).
10. Поскольку новация прекращает первоначальное обязательство, одновременно прекращаются и все акцессорные по отношению к нему обязательства (п. 3 комментируемой статьи). Данное правило закреплено диспозитивной нормой. Стороны своим соглашением могут сохранить прежние акцессорные обязательства, т.е. установить новые (аналогичные по содержанию первоначальным) путем отсылки к ранее существовавшим. Возможность сторон предусмотреть сохранение в силе дополнительных обязательств касается только тех, которые существовали между ними. Соответственно, противоречит закону и является ничтожным условие соглашения о новации, которым предусмотрено сохранение связанных с первоначальным обязательством дополнительных обязательств залогодателя, не являющегося должником (п. 6 письма ВАС N 103). Равным образом ничтожны положения новационного соглашения, предусматривающие сохранение поручительства, обеспечивавшего исполнение новируемого обязательства.
11. Комментируемая статья говорит о замене одного обязательства другим, что вовсе не означает возможности новации только одного обязательства. Нет препятствий к замене одним нескольких существующих обязательств. Так, стороны могут новировать в одно заемное обязательство несколько существующих между ними долгов.
Равным образом результатом новации может быть возникновение нескольких обязательств взамен погашаемого.
12. Учитывая общий характер положений п. 1 ст. 407 ГК (см. коммент. к ней), в случае делимого характера обязательства следует признать допустимым новацию части этого обязательства.
14. Новацию следует отличать от отступного (см. ст. 409 ГК и коммент. к ней).
Судебная практика по статье 414 ГК РФ
Повторно рассматривая дело, суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статей 408, 414 Гражданского кодекса Российской Федерации и установив, что обязательства, вытекающие из договора кредитной линии от 09.11.2011 N 1387, прекращены путем заключения между Роснано и обществом «ЭСТО-Вакуум» соглашения о погашении задолженности от 20.01.2014 и последующей передачей обществом «ЭСТО-Вакуум» собственных векселей в счет погашения задолженности, констатировал отсутствие оснований для удовлетворения исковых требований. При этом суд, сославшись на правовую позицию, изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.02.2014 N 14680/13, отметил, что первоначальный кредитор вправе потребовать от нового кредитора исполненное ему должником по правилам главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Отменяя определение суда первой инстанции и удовлетворяя заявление, апелляционный суд, с выводами которого согласился суд округа, руководствуясь статьями 414, 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из отсутствия доказательств заключения сторонами соглашения о новации заемного обязательства в вексельное. Суд также отметил, что поскольку векселя должника в установленном законом порядке в гражданский оборот не введены, сама по себе их передача обществу «Бинова» прекращение обязательства должника по договору займа не влечет.
Суд апелляционной инстанции, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 414, 421, 431, 1041, 1042 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.12.2005 N 103 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 414 Гражданского кодекса Российской Федерации», квалифицировав заключенное сторонами социальное соглашение от 28.11.2012 N 3-34/114 как договор простого товарищества, установив, что обязательства сторон по названному соглашению прекращены новацией (взамен него стороны заключили социальное соглашение от 01.08.2014 N 3-44/67), а доказательства, подтверждающие обязанность ответчика по оплате по спорному соглашению, не представлены, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска, с чем впоследствии согласился суд округа.
Из пункта 1 статьи 845, статьи 849 ГК РФ следует, что по договору банковского счета банк обязан помимо прочего выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету не позднее дня, следующего за днем поступления в банк соответствующего платежного документа. Банк фактически выполняет поручения клиентов за счет собственных средств, поэтому ничто не мешает ему по договоренности с клиентом прекратить свои обязательства отступным (статья 409 ГК РФ), новацией (статья 414 ГК РФ) или иным способом.
Отказывая в удовлетворении иска, суды руководствовались статьями 329, 414, 421, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии у истца (кредитор) предусмотренных законом или соглашением сторон оснований требовать от ответчика (должник) передачи нежилого помещения.
Исследовав и оценив в совокупности и взаимной связи представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, принимая во внимание действительную волю всех участников сделок, проанализировав и протолковав условия заключенных договоров, придя к выводу о притворности договоров купли-продажи недвижимого имущества, прикрывающих договор залога, руководствуясь положениями статей 12, 166, 168, 170, 329, 334, 335, 338, 339, 348, 352, 407, 414, 420, 431.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 1, 9, 10, 25, 29, 69.1 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», разъяснениями, изложенными в пунктах 8, 84, 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований.
Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 414, 420, 432 Гражданского кодекса, приняв во внимание выводы эксперта, изложенные в заключении от 06.10.2017 N 202, суды отказали в удовлетворении заявленных требований, придя к правомерным выводам о том, что поскольку расписка от 17.04.2013 Налетовой В.В. не подписывалась, то и соглашение о новации между Предпринимателем и Пантелеевым В.Г. не достигнуто, в связи с чем отсутствуют основания для перехода права на ценные бумаги.
Рассматривая спор, суды руководствовались статьями 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 1, 414, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из недоказанности наличия денежного обязательства должника перед обществом, предшествующего новации, на которую ссылалось общество.
Вместе с тем, с учетом прекращения обязательств по договору от 01.07.2013, оснований для новации в соответствии со статьей 414 Гражданского кодекса ранее возникших по договору обязательств в заемные, также не имелось.
Судом округа справедливо учтено, что оспариваемая сделка совершена 04.12.2017, то есть в течение месяца после подачи истцом заявления о выходе из состава участников общества (19.11.2017).
Удовлетворяя заявленные обществом «Ай Ти Бизнес Юнион» требования, суды первой и апелляционной инстанции исследовали и оценили в порядке статей 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные сторонами в обоснование своих требований и возражений доказательства, руководствовались условиями договора, статьями 309, 310, 335, 358.18, 407, 414, 431.2, 717, 781, 779, 1233, 1252, 1259 1296 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из доказанности того, что обществом «Ай Ти Бизнес Юнион» исполнено обязательство по оплате работ по договору в соответствии с имеющимися соглашениями (согласованная в договоре сумма в размере 4 000 000 руб. уплачена) и заказчику переданы результаты выполненных работ.