храм в звенигороде на горе

Успенский собор на Городке в Звенигороде

Городок — это бывший Кремль, построенный князем Юрием Звенигородским. В стародревние времена (11-13вв.) здесь на горе уже стоял славянский город. Но 16-летний князь, переехавший сюда в Звенигород из Москвы, тут же энергично принялся его перестраивать.

Первая задача была — укрепить стены. Результат — появились круговые высокие (8 м) земляные валы, изнутри выложенные булыжником (для удобства воинам), а снаружи утрамбованные глиной, которую достаточно было полить водой, и она превращалась в скользкую поверхность (угол наклона 70˚). Для предохранения дерева от огня дубовые стены с внешней стороны были густо обмазаны обожженной глиной. По тем временам это было сильное фортификационное сооружение.

Вторая задача — построить себе княжеские палаты (не сохранились).

Третья задача — возвести личный княжеский храм.

Так в 1390 — начинается возведение новой церкви необыкновенной дивной красоты — Успенского собора. Строили его таланты-самородки. Сам по себе собор белый. Простой. На гладких стенах — три непрерывных ленты каменной резьбы. Такой же рисунок и на барабане-шее. Узор — цветочно-растительный (как из древних русских народных сказок). Верхняя лента чуть более выступает вперёд, а две нижних, наоборот углубляются как ступеньки. Ширина «веточек» различна в разных лентах-полосах: у средней — более крупный и простой орнамент; у верхней и нижней — тонкий и более изысканный — что создаёт восхитительную игру светотени. Сверху над ними ещё незаметная полочка-отлив — чтобы дождик не заливал.

Пропорции силуэта Успенской церкви — имеют в основе принцип «золотого сечения».

Внутри она была расписана Андреем Рублевым.

И не просто гениально расписано, а … вы были в Третьяковке, вспомните три образа из «Звенигородского чина»: Христос, Михаил Архангел и Апостол Павел…. Всего икон было 7. Три — дошли до нас.

Архангел Михаил и Апостол Павел — валялись на чердаке…

Образ Спаса — служил ступенькой лестницы в амбар, перевёрнутый лицом вниз…

Удивительное дело — года три назад я неслась куда-то как обычно (по подземному переходу). Справа от меня тянулись разные киоски. И вдруг я встала как вкопанная. Потому что край глаза углядел в церковной лавочке полустёртое изображение кудрявого святого в голубом плаще и малиновой повязке. Я сразу поняла, что это копия с какого-то древнего образа, и что, несмотря на это — сила изображения гипнотизировала. Покупая, я почему-то сразу же решила, что на иконе — Архангел Михаил (подписи не было). И долго потом думала, кто же автор, ну кто же автор, и откуда это изображение? И буквально через некоторое время, ходя по Иконному залу в Третьяковской галерее, я сталкиваюсь глазами с моим Михаилом. Подпись — Рублев.

Городок находится за 1,5 км до монастыря, справа от дороги, там где родник, нужно подняться по крутой бетонной лестнице ивы выйдете на ул. Красную гору (Конюшенную), которая прямиком ведёт к храму.

Теперь вернёмся к Городку — месту, где в стародревние времена стоял звенигородский Кремль.

Прекрасно сохранились древние валы-крутояры.

Вообще место очень сильное, здесь хочется кружиться, кружиться, кружиться и взлететь куда-нибудь в звёздное небо. Древние предки наши, славяне, умели выбирать себе особые места под поселения.

Источник

Святыни Подмосковья. Звенигород

В самом назва­нии это­го горо­да слы­шит­ся радост­ный пере­звон коло­ко­лов, празд­нич­ный гул вос­крес­ной ярмар­ки и блеск на солн­це золо­тых купо­лов. И небо, обра­ти­те вни­ма­ние! Голубое-голубое.

Элек­трич­ка от Бело­рус­ско­го вок­за­ла идёт час два­дцать. Мель­ка­ют за окном ели, сос­ны. «Хлю­пи­но», «Малые Вязё­мы», «Жаво­рон­ки», – про­бе­га­ют мимо стан­ции с милы­ми рус­ски­ми назва­ни­я­ми. По ваго­нам ходит бая­нист со сво­и­ми неза­мыс­ло­ва­ты­ми наигрышами.

Авто­бус № 23 – имен­но на него нуж­но сесть, если Вы хоти­те дое­хать до мона­сты­ря – отправ­ля­ет­ся от желез­но­до­рож­ной стан­ции и про­хо­дит через весь Зве­ни­го­род, пет­ляя по его узким улоч­кам. Город на хол­мах, низ­ко­этаж­ный, уют­ный. По сути, то, что сей­час явля­ет­ся горо­дом – это посад, посе­ле­ние, неко­гда раз­рос­ше­е­ся у стен зве­ни­го­род­ско­го крем­ля, осно­ван­но­го еще в XII веке Юри­ем Дол­го­ру­ким – в одно вре­мя с Москвой.

Собор Успения Пресвятой Богородицы на Городке

Что­бы попасть в место, с кото­ро­го начи­нал­ся Зве­ни­го­род, нуж­но попро­сить кон­дук­то­ра или води­те­ля «оста­но­вить на Город­ке». Собор Успе­ния Пре­свя­той Бого­ро­ди­цы на Город­ке – это неболь­шой бело­ка­мен­ный храм с одним купо­лом. Стро­и­ли его мос­ков­ские масте­ра где-то на рубе­же XIV и XV веков. Древ­ний. Таких древ­них хра­мов сохра­ни­лось мало – вот, напри­мер, Тро­иц­кий собор в Тро­и­це-Сер­ги­е­вой лав­ре, или собор Неру­ко­твор­но­го Спа­са в Спа­со-Анд­ро­ни­ко­вом мона­сты­ре (в Москве). Все они свя­за­ны с име­на­ми пре­по­доб­но­го Сер­гия и его уче­ни­ков – пре­по­доб­ных Сав­вы Сто­ро­жев­ско­го и Анд­ро­ни­ка Московского.

К Успен­ско­му собо­ру на Город­ке нуж­но под­ни­мать­ся: сна­ча­ла по желез­ной кова­ной лест­ни­це, потом — в гор­ку. По обе сто­ро­ны доро­ги – ого­ро­ды, дере­вян­ные избы. Так все, навер­ное, и было 7 веков назад – изго­ро­ди, под­сол­ну­хи, куры-гуси во дворах.

Рестав­ра­ци­он­ные леса, нако­нец, сня­ли, и теперь бес­пре­пят­ствен­но мож­но полю­бо­вать­ся тво­ре­ни­ем древ­них зод­чих, кото­рые в камне сла­ви­ли Господа.

Навер­ху, по пери­мет­ру апси­ды – полу­круг­ло­го высту­па – вьет­ся камен­ный орна­мент, опо­я­сы­ва­ю­щий фасад собора.

Когда захо­дишь внутрь, гла­за долж­ны попри­вык­нуть к сумра­ку собо­ра, что­бы раз­гля­деть сохра­нив­ши­е­ся фрес­ки XIV века. Вот ангел вру­ча­ет сви­ток с мона­ше­ским обще­жи­тель­ным уста­вом пре­по­доб­но­му Пахо­мию. Повы­ше – свя­тые вра­чи Флор и Лавр. А вот пре­по­доб­ный Вар­ла­ам бесе­ду­ет с индий­ским царе­ви­чем Иоаса­фом. А если запро­ки­нуть голо­ву, то там, в бара­бане купо­ла – про­рок Даниил.

Лик Спа­са Все­дер­жи­те­ля (“Рус­ский Спас”), хоро­шо извест­ный нам, ока­зы­ва­ет­ся, был обна­ру­жен в 1918 году здесь же, в Успен­ском собо­ре. Вме­сте с ико­на­ми архан­ге­ла Миха­и­ла и апо­сто­ла Пав­ла, образ хра­нит­ся сей­час в Тре­тья­ков­ской гале­рее. Не было у ико­но­пис­цев обы­чая под­пи­сы­вать свои тво­ре­ния – кто я такой, все­го лишь кисточ­ка в Божи­их руках – пото­му-то чаще все­го и не зна­ем мы, кто писал ту или иную ико­ну. Но Спас Все­дер­жи­тель с боль­шой веро­ят­но­стью напи­сан рукой Андрея Рублева.

Саввино-Сторожевский монастырь

… Пово­рот в мона­стырь — здесь нуж­но вый­ти из авто­бу­са. Идти неда­ле­ко, но в гору. Пеший подъ­ем мож­но рас­тя­нуть минут на 10.

Сквозь дере­вья беле­ют камен­ные сте­ны оби­те­ли, с круг­лы­ми баш­ня­ми, бой­ни­ца­ми – как у кре­по­сти. Ведь мона­сты­ри-то рань­ше и были кре­по­стя­ми, часто выпол­ня­ли обо­ро­ни­тель­ную функцию.

Любил это место царь Алек­сей Михай­ло­вич Тишай­ший. Как-то во вре­мя охо­ты в окрест­но­стях мона­сты­ря встре­тил­ся он с мед­ве­дем, и не ока­за­лось рядом нико­го из госу­да­ре­вых людей. По пре­да­нию, из чащи вдруг вышел ста­рец и усми­рил дико­го зве­ря. «Кто ты?», – спро­сил Алек­сей Михай­ло­вич. «Сав­ва», – отве­тил монах и так же неожи­дан­но скрыл­ся, как и появился.
С тех пор царь регу­ляр­но при­ез­жал сюда, даже постро­ил себе здесь рези­ден­цию – цар­ский дво­рец и цари­цы­ны пала­ты, где сей­час рас­по­ла­га­ют­ся соот­вет­ствен­но палом­ни­че­ская служ­ба и музей. Уче­ные гово­рят, что эти бело­ка­мен­ные цар­ские пала­ты – один из самых зна­чи­тель­ных памят­ни­ков граж­дан­ско­го зод­че­ства сере­ди­ны-кон­ца XVII века.

Окна цар­ской свет­ли­цы, навер­ное, выхо­ди­ли на луга…

А в поко­ях, где когда-то оста­нав­ли­ва­лась Мария Ильи­нич­на Мило­слав­ская, супру­га Алек­сея Михай­ло­ви­ча, теперь рас­по­ла­га­ют­ся экс­по­зи­ции и выстав­ки Зве­ни­го­род­ско­го исто­ри­ко-архи­тек­тур­но­го и худо­же­ствен­но­го музея. Израз­цо­вые «мурав­ле­ные» печи, мебель бояр­ская, кокош­ни­ки и серь­ги – чего-чего там толь­ко нет! В музее мож­но про­быть и час, и два.

Рождественский собор монастыря

Пер­во­на­чаль­но на месте это­го хра­ма в 1398–99 году была воз­двиг­ну­та дере­вян­ная цер­ковь. Вокруг – мож­но себе пред­ста­вить – воз­вы­ша­лись такие же дере­вян­ные кельи, мона­стыр­ские построй­ки. Но уже через несколь­ко лет, в 1404–1405 гг., по ука­зу кня­зя Юрия и на его сред­ства начи­на­ет­ся стро­и­тель­ство бело­ка­мен­но­го собо­ра в честь Рож­де­ства Пре­свя­той Бого­ро­ди­цы. Белый камень добы­вал­ся неда­ле­ко от этих мест – в вер­хо­вьях Москва-реки.

При­мер­но в это же вре­мя, по при­гла­ше­нию кня­зя Юрия Зве­ни­го­род­ско­го, Сав­ва остав­ля­ет Тро­иц­кую оби­тель в Сер­ги­е­вом мона­сты­ре, где он был на тот момент игу­ме­ном, и при­хо­дит в Зве­ни­го­род, что­бы окорм­лять мест­ную братию…

Захо­жу в полу­мрак собо­ра. Вечер­нее бого­слу­же­ние, чита­ют кафиз­мы. Спо­кой­но, мирно.

Наста­ви мя, Гос­по­ди, на путь Твой, и пой­ду во истине Тво­ей; да воз­ве­се­лит­ся серд­це мое боя­ти­ся имене Твоего…

В хра­ме тем­но, лишь огонь­ки све­чей. Под купо­лом через окон­ца льет­ся вечер­ний свет, загля­ды­ва­ет послед­ний закат­ный луч. С бал­ко­на поёт муж­ской хор: «Свя­тей­ший вла­ды­ка, бла­го­сло­ви», – Сав­ви­но-Сто­ро­жев­ская оби­тель – став­ро­пи­ги­аль­ный мона­стырь.

Рас­по­ло­же­ние глав­ной свя­ты­ни оби­те­ли, мощей пре­по­доб­но­го Сав­вы – спра­ва от ико­но­ста­са, под рез­ной золо­той сенью. Когда-то сень была дубо­вой, потом – сереб­ря­ной; рядом были осо­бо почи­та­е­мые Сав­вой обра­за, теп­ли­лись неуга­си­мые лам­па­ды. После рево­лю­ции мощи пре­по­доб­но­го были кон­фис­ко­ва­ны, а 22 авгу­ста 1998 года тор­же­ствен­но воз­вра­ще­ны в обитель.

Остать­ся пере­но­че­вать в гости­ни­це при мона­сты­ре – это зна­чит мно­гое. Напри­мер, мож­но спо­кой­но вый­ти после вечер­ней служ­бы, не спе­ша прой­тись по тер­ри­то­рии мона­сты­ря. Дой­ти до смот­ро­вой пло­щад­ки, кото­рая за сте­на­ми оби­те­ли, с юго-запад­ной сто­ро­ны. Мона­стырь нахо­дит­ся на хол­ме, под кото­рым течёт реч­ка Сто­рож­ка. Это от сло­ва «сто­ро­жить», ведь и мона­стырь назы­ва­ет­ся Сто­ро­жев­ским. Рас­по­ло­жил­ся он запад­ным фор­по­стом мос­ков­ско­го кня­же­ства, слов­но сто­рож Москвы.

В пол­де­вя­то­го спус­ка­ют­ся сумер­ки, и в это вре­мя бра­тия идёт с крест­ным ходом вокруг стен оби­те­ли, с ико­на­ми, кроп­ле­ни­ем свя­той водой и пени­ем «Свя­тый Боже».

В этот час нет наро­да и у колод­ца Сав­вы. Мож­но спу­стить­ся по дере­вян­ной лест­ни­це (спуск про­дол­жи­тель­ный, собьешь­ся со сче­та сту­пе­нек), умыть­ся водою из источника.

Рядом с колод­цем рас­по­ло­же­но рыб­ное мона­стыр­ское хозяйство.

Толь­ко зано­че­вав в мона­сты­ре, есть воз­мож­ность попасть на ран­ний брат­ский моле­бен, кото­рый в Сав­в­ви­но-Сто­ро­жев­ской оби­те­ли начи­на­ет­ся в 6 утра. После него откры­ва­ет­ся стек­ло над моща­ми и мож­но при­ло­жить­ся к гла­ве преподобного.

…Пре­по­доб­ный Сав­ва при­нял постриг от пре­по­доб­но­го Сер­гия, «игу­ме­на рус­ской зем­ли», и так же, как его учи­тель, явил собой обра­зец крот­кой и сми­рен­ной жиз­ни. Как гово­рит­ся в житии, «всем казал­ся про­стым и ниче­го не знав­шим, хотя муд­ро­стью пре­вос­хо­дил мно­гих мня­щих быть мудрыми».

Скит преподобного Саввы Сторожевского

Над пещер­кой Сав­вы – местом его уеди­не­ния и непре­стан­ной слез­ной молит­вы – сей­час нахо­дит­ся мона­стыр­ский скит с хра­мом в его память. Скит обра­зо­вал­ся в 60–70 гг. XIX века сила­ми свт. Фила­ре­та (Дроз­до­ва), насто­я­те­ля Сав­ви­на мона­сты­ря епи­ско­па Дмит­ров­ско­го Лео­ни­да (Крас­но­пев­ко­ва), зве­ни­го­род­ско­го куп­ца и фаб­ри­кан­та Пав­ла Гри­го­рье­ви­ча Цури­ко­ва и намест­ни­ка Сав­вин­ской оби­те­ли о. Галак­ти­о­на. Назы­вал­ся он изна­чаль­но «обще­жи­тель­ное отде­ле­ние». Жизнь в Сав­вин­ском ски­ту осно­вы­ва­лась на пра­ви­лах стро­го­го обще­жи­тель­но­го уста­ва. Мит­ро­по­лит Фила­рет усерд­но насаж­дал в оби­те­лях подоб­ный тип ино­че­ской жиз­ни, вос­хо­див­ший к тра­ди­ци­ям пре­по­доб­но­го Сер­гия Радо­неж­ско­го и его уче­ни­ков. Сей­час там храм в честь пре­по­доб­но­го Сав­вы, брат­ский кор­пус, мона­стыр­ский ого­род, скот­ный двор.

Рас­сто­я­ние до ски­та – вер­ста, чуть боль­ше кило­мет­ра, то есть. Ран­ним утром народ поне­мно­гу сте­ка­ет­ся в скит к Боже­ствен­ной Литур­гии, кото­рая быва­ет там еже­днев­но. За литур­ги­ей – общее пение. Реген­ту­ет все­ми монах, и толь­ко Херу­вим­скую песнь и Милость мира поют в одно­го­лос­ную мело­дию мона­хи. Без нестрой­ных выкри­ков, сла­жен­но поют люди, дружно.

Как-то побы­вав здесь с груп­пой ико­но­пис­цев, мне захо­те­лось вер­нуть­ся сюда сно­ва. Тогда, слу­шая экс­кур­си­он­ные искус­ство­вед­че­ские речи про ран­не­мос­ков­ское зод­че­ство и ико­но­пис­ные тех­ни­ки арте­ли Андрея Руб­ле­ва, мне вдруг поду­ма­лось, что Русь – свя­тая, и мы, совре­мен­ные несчаст­ные люди, долж­ны чаще воз­вра­щать­ся в эти свя­тые места, что­бы быть счастливыми.

В мате­ри­а­ле исполь­зо­ва­ны фото с офи­ци­аль­но­го сай­та оби­те­ли и фото­гра­фа Артё­ма Мочалова.

Источник

Успенский собор на Городке (Звенигород)

Успенский собор на Городке — четырёхстолпный одноглавый храм в Звенигороде Московской области, памятник раннемосковского зодчества. Построен на рубеже XIV и XV веков. Внутри собора сохранились росписи начала XV века, приписываемые Андрею Рублёву и Даниилу Чёрному.

Содержание

История [ править ]

Собор Успения Пресвятой Богородицы был выстроен в древней части Звенигорода, на так называемом Городке — крепости, обнесённой валами, частично сохранившимися и до наших дней. Заказчиком строительства был звенигородский князь Юрий Дмитриевич, младший брат московского князя Василия I. Строителями собора были московские мастера, незадолго до этого построившие в Москве придворную церковь Рождества Богородицы на Сенях.

Звонница собора была построена в начале XIX века. В том же столетии был упразднён существовавший первоначально в дьяконнике придел в честь великомученика Георгия.

Собор был закрыт в 1930-х годах, вновь открыт в 1946 году. С конца 1990-х годов является подворьем Саввино-Сторожевского монастыря.

Описание [ править ]

Успенский собор — первый из четырёх полностью сохранившихся белокаменных московских храмов конца XIV — первой четверти XV века: собора Рождества Богородицы Саввино-Сторожевского монастыря (также построенного по заказу князя Юрия Звенигородского), Троицкого собора Троице-Сергиевой лавры и собора Нерукотворного образа Спасителя Спасо-Андроникова монастыря в Москве.

Архитектура Успенского собора, как и других московских построек того времени, была сознательно ориентирована на зодчество Владимиро-Суздальского княжества XII — первой трети XIII века. Вместе с тем, московские постройки имеют ряд характерных отличий от своих домонгольских прототипов. Успенский собор — это небольшой крестово-купольный четырёхстолпный храм, увенчанный одним куполом. С восточной стороны храм имеет три алтарные апсиды; западный, южный и северный фасады храма имеют традиционное деление на три вертикальные прясла, завершённые закомарами. Вертикальные членения фасадов выполнены в форме лопаток с примыкающими к ним тонкими полуколонками, завершёнными изящными резными «сноповидными» капителями. Такими же полуколонками разделены и алтарные апсиды, а их стены декорированы тонкими вертикальными тягами.

Широкая тройная лента резного растительного орнамента, сменившего аркатурно-колончатый пояс домонгольских построек, делит фасады храма по горизонтали. Верхнюю часть алтарных апсид и барабана купола украшает двойная лента из такой же каменной резьбы. В центральных пряслах фасадов располагаются обрамлённые арками на колоннах перспективные порталы. Первоначальные узкие и вытянутые по вертикали окна (сохранились только в верхних боковых частях фасадов и посередине центральной апсиды) так же имели тонкое обрамление. Кровля храма первоначально имела позакомарное покрытие. Помимо закомар, завершающих каждое из прясел, ступенчатый верх собора был усложнён четырьмя угловыми закомарами и поясом декоративных кокошников в основании барабана купола. В отличие от владимиро-суздальского зодчества, формы закомар и кокошников, а также окон и порталов были килевидными, что являлось важнейшей чертой всей московской архитектуры XIV—XV веков. В настоящее время кровля собора, как и формы оконных проёмов, искажены поздними ремонтами.

Храм поставлен на высокий подклет. Лёгкое сужение всех его форм кверху подчеркивает стройность здания. Его высота и устремлённость вверх подчёркнуты также ступенчато-повышенной конструкцией сводов, выраженной снаружи через усложнённую форму кровли. Особенностью внутренней конструкции собора является смещение пары восточных столбов к алтарным апсидам, что позволило расширить центральное подкупольное пространство. Из-за этого внешние членения фасадов здания не соответствуют внутренним. Подобный же архитектурный приём был использован и в соборе Троице-Сергиева монастыря. Однако здесь он выполнен более деликатно, благодаря чему композиция здания не утрачивает гармонии и зрительного равновесия. Данью домонгольской традиции являются расположенные в западной части интерьера хоры, отсутствующие в последующих московских храмах.

Изящество пропорций и красота богатого декоративного убранства выделяют храм из числа других соборов того же времени.

Фрески и иконы [ править ]

Сразу же после постройки Успенский собор был расписан фресками, создатели которых, по-видимому, происходили из московской придворной среды. Росписи сохранились лишь отдельными фрагментами, раскрытыми в 1918 году экспедицией Комиссии по сохранению и раскрытию древнерусской живописи под руководством Николая Протасова в составе художника-реставратора Григория Чирикова, столяра П. П. Кодичева и фотографа О. Н. Крашенинникова. В том же году в отчёте, составленном Игорем Грабарем, было высказано и первое предположение об авторстве фресок: «…краски дают богатую гамму тонов, которая, в связи с общим характером рисунка и типов ликов, заставляет говорить о руке мастера рублёвской школы».

Раскрытые фрагменты первоначальной живописи располагаются в барабане купола, в алтаре, на восточных столбах-пилонах и северной стене храма, в северо-западном углу хор. Остальные сохранившиеся росписи храма были выполнены в 30-х годах XIX века.

В барабане купола были представлены в два яруса праотцы, а ниже поясные фигуры пророков, из которых сохранилось изображение пророка Даниила. Уже эти фрагменты росписи дают представление об особом стиле раннего XV века, сочетающего в себе мощь крупных, представленных в движении фигур и нежные, прозрачные краски, лёгкость драпировок и изящество тонких кистей рук и ступней ног.

Небольшой фрагмент фрески на северной стене храма, закрытый после реставрации боковым крылом иконостаса, был определён Виктором Филатовым как часть большой сцены Успения Богоматери.

Полнее всего сохранились росписи восточных столбов-пилонов, закрытые ранее высоким иконостасом и поэтому не тронутые при позднейших ремонтах храма. На их широких плоскостях, обращённых на запад к молящимся в храме, представлены три регистра изображений. В верхнем регистре изображены два медальона с полуфигурами святых мучеников и целителей Флора и Лавра. Их изображения на предалтарных столпах встречаются ещё в домонгольских древнерусских храмах, к примеру, в соборе Антониева монастыря в Новгороде. Святые Флор и Лавр показаны здесь не только как целители тела, но и как исцелители человеческих душ. Ниже расположены высокие Голгофские кресты. Возможно, что эти композиции были закрыты иконами праздничного и деисусного чинов иконостаса.

В нижнем ярусе представлены две сцены. Слева, на северном столпе изображено дарование ангелом монашеского устава преподобному Пахомию, а справа на южном столпе — беседа преподобного Варлаама с его учеником индийским царевичем Иоасафом. Оба этих сюжета представляют собой исключительное явление. Они показывают, с каким вниманием строители храма и их современники относились к теме монашеского подвига. Если повышенный интерес к проповеди идеалов монашества был характерен для древнерусской культуры и раньше, то расположение подобных сюжетов вблизи алтаря на самом видном месте в храме было чем-то особенным. Это тем более необычно, что Успенский собор был построен как городской княжеский, а не монастырский храм. Сцена с преподобным Пахомием передаёт предание о божественном происхождении общежительного монашеского устава, дарованного Пахомию ангелом, который изображён здесь в монашеских одеждах, поучающим преподобного. В сцене беседы преподобного Варлаама с царевичем Иоасафом, обращённым им в христианство, также звучит мотив духовного наставничества. На развёрнутом свитке в руке Варлаама написан текст его поучения: «Поведаю тебе, чадо, о бисере бесценном, которым является Христос…» Этот сюжет напоминает взаимоотношения самого Юрия Звенигородского и его духовного отца преподобного Саввы Сторожевского.

Обе сцены фактически представляют собой фресковые иконы, входившие в местный ряд иконостаса вместе с другими образами, написанными на досках. Они были исполнены, по-видимому, двумя разными мастерами. Во фресках пилонов ярко проявляются характерные черты московской живописи XV века: узкие фигуры с небольшими головами и маленькими конечностями, изящные, струящиеся линии, в особенности красивые силуэты полуфигур мучеников, похожие на перевёрнутые чаши. Драпировки кажутся наполненными воздухом и не прилегающими плотно к телам. Рельеф кажется округлым, словно выточенным. Особый тип ликов с как бы припухшими бровями и готовыми закрыться глазами создаёт особое состояние сосредоточенности и тишины. То же состояние отражено и в композиции нижних сцен, передающих тихую, мирную беседу наставников и учеников. Спокойные, неспешные жесты показывают согласие и принятие учения, на божественность которого указывает поднятая вверх рука ангела.

Звенигородский чин [ править ]

С Успенским собором связаны одни из самых знаменитых древнерусских икон, приписываемых кисти Андрея Рублёва. В 1918 году вместе с проведением реставрации настенной живописи собора здесь были найдены три иконы, входившие некогда в состав поясного деисусного чина: Спас Вседержитель, Архангел Михаил, Апостол Павел. В настоящее время они хранятся в собрании Третьяковской галереи. Первоначально деисусный чин должен был состоять из семи или даже девяти икон. Обстоятельства, при которых иконы были найдены, остаются до конца неизвестными. Существуют серьёзные сомнения в том, что первоначально иконы были созданы именно для этого храма, при котором были найдены. В настоящее время в соборе хранится ещё одна икона с поздним изображением Иоанна Предтечи, когда-то также относившаяся к Звенигородскому чину.

Живопись икон Звенигородского чина принадлежит к высочайшим шедеврам не только русской, но и мировой иконописи. Из всех русских произведений раннего XV века именно эти иконы наиболее близки лучшим византийским образцам, обладая так же и некоторыми специфически русскими чертами. К византийским чертам икон можно отнести их особую идеальность, эллинистическую гармонию, а также пластичность форм, не лишённых при этом лёгкости, пространственные развороты фигур. Особенности, указывающие на их русское происхождение, заключаются в повышенной роли выразительного силуэта, чистоте и звучности цвета и особой эмоциональной открытости и сердечности образов.

Стиль икон перекликается с другими произведениями круга Андрея Рублёва, а необыкновенное качество центральной иконы чина позволяет приписать её работе самого́ прославленного мастера.

Престольные праздники [ править ]

Как добраться [ править ]

Адрес: ул. Городок, 1, Звенигород, Московская обл., Россия, 143180

Источник