васильевские врата софийского собора новгород

ВАСИЛЬЕВСКИЕ ВРАТА

церковные двери, заказанные для собора Св. Софии в Вел. Новгороде в 1335/36 г. архиеп. св. Василием Каликой; памятник средневек. новгородского искусства. В 1570 г. В. в. были вывезены царем Иоанном IV Грозным в Александровскую слободу и помещены в ц. Покрова Пресв. Богородицы, в 60-х гг. XVII в. освященной во имя Св. Троицы; ныне находятся в юж. портале собора александровского Успенского мон-ря.

Созданные в Новгороде местными мастерами (по мнению В. Н. Лазарева, их было 4) В. в. свидетельствуют о сохранении в Др. Руси XIV в. домонг. технологий, напр. золотой наводки (огневого золочения), известной только по рус. памятникам (юж. и зап. врата собора Рождества Богородицы в Суздале, 1-я треть XIII в.). На медную пластину наносился рисунок, закреплялся специальным составом (смесью ртути и золота), при нагревании ртуть испарялась, на медной пластине оставалось золотое изображение. В. в. состоят из 2 створок прямоугольного формата с закругленной верхней частью (высота 320 см, общая ширина 103,5 см) и включают 26 пластин (средний размер 35,5 ´ 26,7 см), расположенных в 7 рядов по вертикали, попарно на каждой створке, валики между пластинами, украшенные бляшками с образами святых и орнаментами. Для древнейших частей В. в. характерны графичность, изобилие линий и ассиста, напряженность художественной формы, выраженная в удлиненности пропорций и резких контурах фигур.

В разработке иконографической программы, по мнению исследователей, активное участие принимал ктитор, архиеп. Василий. возможно, он ориентировался на памятники Иерусалима и К-поля, известные ему как паломнику. К древнейшим изображениям относятся фигуры на внешнем валике, разделяющем створки: Господь Вседержитель на престоле, Богоматерь Оранта и предстоящий Христу архиеп. Василий. Большее число композиций посвящено праздничному циклу, земному пути Христа (Благовещение, Рождество Христово, Сретение, Крещение, Преображение, Вход в Иерусалим, Воскрешение Лазаря, Распятие, Снятие со креста, Гроб Господень/Явление ангела женам-мироносицам, Сошествие во ад, Вознесение Господне, Успение Пресв. Богородицы, Сошествие Св. Духа). Среди сюжетов также «Св. Троица (Гостеприимство Авраама)» и назидательные образы на пластинах нижнего ряда, библейские сцены с эпизодами из истории царей Давида, Соломона и апокрифического Китовраса; нек-рые из этих сцен, напр. «Притча о сладости мира» (см. ст. Варлаам и Иоасаф), близки образам лит. произведений, созданных архиеп. Василием, напр. из «Послания о рае». В традициях визант. искусства здесь помещены фигура заказчика, пространная молитва и обширная вкладная надпись.

Источник

ВАСИЛЬЕВСКИЕ ВРАТА

церковные двери, заказанные для собора Св. Софии в Вел. Новгороде в 1335/36 г. архиеп. св. Василием Каликой; памятник средневек. новгородского искусства. В 1570 г. В. в. были вывезены царем Иоанном IV Грозным в Александровскую слободу и помещены в ц. Покрова Пресв. Богородицы, в 60-х гг. XVII в. освященной во имя Св. Троицы; ныне находятся в юж. портале собора александровского Успенского мон-ря.

Созданные в Новгороде местными мастерами (по мнению В. Н. Лазарева, их было 4) В. в. свидетельствуют о сохранении в Др. Руси XIV в. домонг. технологий, напр. золотой наводки (огневого золочения), известной только по рус. памятникам (юж. и зап. врата собора Рождества Богородицы в Суздале, 1-я треть XIII в.). На медную пластину наносился рисунок, закреплялся специальным составом (смесью ртути и золота), при нагревании ртуть испарялась, на медной пластине оставалось золотое изображение. В. в. состоят из 2 створок прямоугольного формата с закругленной верхней частью (высота 320 см, общая ширина 103,5 см) и включают 26 пластин (средний размер 35,5´ 26,7 см), расположенных в 7 рядов по вертикали, попарно на каждой створке, валики между пластинами, украшенные бляшками с образами святых и орнаментами. Для древнейших частей В. в. характерны графичность, изобилие линий и ассиста, напряженность художественной формы, выраженная в удлиненности пропорций и резких контурах фигур.

Крещение Господне. Клеймо Васильевских врат. 1335–1336 гг.

Крещение Господне. Клеймо Васильевских врат. 1335–1336 гг.

В разработке иконографической программы, по мнению исследователей, активное участие принимал ктитор, архиеп. Василий. возможно, он ориентировался на памятники Иерусалима и К-поля, известные ему как паломнику. К древнейшим изображениям относятся фигуры на внешнем валике, разделяющем створки: Господь Вседержитель на престоле, Богоматерь Оранта и предстоящий Христу архиеп. Василий. Большее число композиций посвящено праздничному циклу, земному пути Христа (Благовещение, Рождество Христово, Сретение, Крещение, Преображение, Вход в Иерусалим, Воскрешение Лазаря, Распятие, Снятие со креста, Гроб Господень/Явление ангела женам-мироносицам, Сошествие во ад, Вознесение Господне, Успение Пресв. Богородицы, Сошествие Св. Духа). Среди сюжетов также «Св. Троица (Гостеприимство Авраама)» и назидательные образы на пластинах нижнего ряда, библейские сцены с эпизодами из истории царей Давида, Соломона и апокрифического Китовраса; нек-рые из этих сцен, напр. «Притча о сладости мира» (см. ст. Варлаам и Иоасаф), близки образам лит. произведений, созданных архиеп. Василием, напр. из «Послания о рае». В традициях визант. искусства здесь помещены фигура заказчика, пространная молитва и обширная вкладная надпись.

Царь Соломон и Китоврас. Клеймо Васильевских врат. 1335–1336 гг.

Царь Соломон и Китоврас. Клеймо Васильевских врат. 1335–1336 гг.

Ист.: НПЛ. С. 347; Штаден Г. О Москве Ивана Грозного. М., 1925. С. 91.

Лит.: Мурзакевич Н. Н. Васильевские двери в г. Александрове // ЖМНП. 1837. № 10-12; Лазарев В. Н. Васильевские врата 1336 г. // Сов. Арх. 1953. Т. 18. С. 386-442; Николаева Т. В. Прикладное искусство Моск. Руси, XIV-XVI вв. М., 1976; Чернецов А. В. Золоченые двери XVI в. М., 1992; Декоративно-прикладное искусство Великого Новгорода: Худож. металл XI-XV вв. М., 1996. С. 297-326; Макарий, архим. Васильевские врата // Макариевские чтения: Русская культура XVI в.- эпоха митр. Макария: Мат-лы Х Российской науч. конф., посвященной памяти свт. Макария. Можайск, 2003. Вып. 10. С. 111-117.

Источник

София Новгородская: что нужно знать о самом древнем православном соборе России

+ материалы для распечатки и инфографика

Приблизительное время чтения: 6 мин.

Строительство: 1045-1050

Освящение: 1052 год

Главный престол: в честь Успения Пресвятой Богородицы

Архитектурный стиль: византийский

Адрес: Великий Новгород, Кремль, 11

История

Каменное здание Софийского собора возвели в 1045-1050 году. Инициаторы постройки — князь Ярослав Мудрый и его старший сын Владимир. Они привлекли для строительства греков, к которым позже присоединились киевляне, уже построившие свой храм, и новгородцы. Посвящение храма Святой Софии — Божественной Премудрости (имя София в переводе с древнегреческого означает «мудрость») — стало продолжением древней традиции, начатой еще ветхозаветным царем Соломоном, построившим храм в честь Премудрости Всевышнего Творца.

В 1929 году храм закрыли и превратили в музей атеизма. В 1991 году Софию Новгородскую передали Русской Православной Церкви. Собор несколько раз реставрировался, но капитальных перестроек не было — он в основном сохранил архитектурные формы XI века.

Как устроен Собор Святой Софии

Мартирьевская паперть

В Софии есть уникальный участок, по которому можно проследить строительную историю храма — Мартирьевская паперть с древним некрополем, настенными росписями и граффити.

Средневековые новгородцы оставили множество надписей-граффити на стенах собора. Это имена, кресты, молитвы, просьбы о поминовении усопших, изображения людей и зверей, ребусы. Есть даже зачеркнутый языческий погребальный текст XII-XIII века, который все же можно прочесть. Рядом с ним слова: «Отсохни у тебя руки» — текст явно вызвал негодование.

Уровень пола здесь оставлен на отметке XII века. Здесь же есть изображение XI века святых равноапостольных Константина и Елены. Это единственная сохранившаяся храмовая роспись XI века в России. В паперти находится основная часть древних архиерейских и княжеских захоронений.

Голосники

В стены и своды собора вмонтированы глиняные горшки-голосники для лучшей акустики. Они облегчают верхние части конструкций и поглощают эхо. После войны, когда в соборе работал музей, здесь устраивали музыкальные концерты.

Иконостас

Большой (Успенский) иконостас Софийского собора начал формироваться в XI веке. Постепенно из низкой преграды он превратился в высокий иконостас с пятью ярусами. Из его четырёх первых икон сохранилось одна — апостолов Петра и Павла (XI век), которая находится в Новгородском музее. Центральные пять икон второго ряда Успенского иконостаса написаны в XV веке, к тому же столетию относится и самая древняя икона нижнего ряда — храмовый образ Святой Софии Премудрости Божией. На престоле восседает огневидный ангел в царском одеянии — олицетворение Божественной Премудрости. Венчает его Христос, рядом с Софией — Богородица и Иоанн Предтеча.

Купола

Изначально все 6 глав собора имели не луковичную, как сейчас, а шлемовидную форму.

Голубь на кресте

На кресте центрального купола собора сидит свинцовый голубь — символ Святого Духа. Городская легенда говорит о птице, которая окаменела на кресте от ужаса во время погрома Новгорода в 1570 году Иваном Грозным. Во время Великой Отечественной войны крест с голубем сбили во время обстрела. В итоге его как трофей увезли в Мадрид воевавшие на стороне Германии испанцы. В 2004 году в крест вернули в Новгород, а Испания получила его точную копию. Сейчас древний крест стоит внутри собора перед большим иконостасом, а центральный купол Софии венчает новый крест с фигуркой голубя.

Фреска

Изображения на фреске над главным входом в собор: Гостеприимство Авраама — ветхозаветная Троица, София Премудрость Божия на престоле и Спас Нерукотворный.

Магдебургские врата

В Софийский собор ведут три входа. Западный украшают Магдебургские врата — работа немецких литейщиков XII века. Они состоят из 48 бронзовых пластин с сюжетами из Ветхого и Нового Заветов. Открываются они только во время архиерейских богослужений. Врата появились в Новгороде в XV веке, но как именно — неизвестно. Вероятно, их заказчиком был епископ польского города Плоцка Александр, изображённый на вратах. Исследователи считают, что туда врата так и не доехали: их захватили литовцы. В нижней части левой створы врат есть «автопортреты» трёх мастеров-литейщиков: создателей врат Риквина и Вайсмута и местного мастера Авраама, собравшего и дополнившего врата в Новгороде.

Придел в честь Усекновения главы Пророка Иоанна Предтечи

Рака с мощами святителя Иоанна, архиепископа Новгородского у придела Усекновения главы Иоанна Предтечи. Фото Н. Басмановой

Интересные факты:

Пожалуйста, поделитесь этим тестом, чтобы просмотреть свои результаты.

Святыни

Чудотворная икона Богородицы «Знамение» XII века. Пресвятая Дева изображена с молитвенно воздетыми руками, на её груди медальон с Младенцем Христом. По преданию, молитвы к Её чудотворному образу в 1170 году помогли новгородцам победить войско суздальского князя Андрея Боголюбского, которое было намного больше. С тех пор икона «Знамение» считается покровительницей Великого Новгорода. Святыня установлена в киоте справа перед главным иконостасом. Икона двусторонняя: на её обороте сохранилось изображение двух святых, предположительно апостола Петра и мученицы Наталии. По другой версии это Иоаким и Анна, родители Богородицы.

Икона «Богоматерь Тихвинская» XVI века находится в малом иконостасе придела Рождества Богородицы. Это — один из ранних списков известной чудотворной иконы. Доска иконы сделана из комеля — корневой части дерева, на котором, по преданию, явились Богородица и Николай Чудотворец. В 1617 году икона сопровождала посольство, заключавшее в Столбове мир со шведами.

В Софийском соборе покоятся мощи новгородских святых, среди которых Анна Новгородская, князья Владимир Ярославович, Мстислав Храбрый и брат Александра Невского Фёдор, святители Никита и Иоанн Новгородские.

Софийская звонница

Софийская звонница стоит у восточной стены Новгородского кремля, напротив алтарной части Софийского собора. Древние колокола были значительно меньше теперешних (около 15-30 килограмм) и не нуждались в отдельном сооружении для подвески. В Софийском соборе они висели в проёме над южным входом в храм.

В 1342 году для Софии отлили новый колокол, который был намного больше остальных. Для его подвески понадобилось отдельное сооружение, которое построили возле кремлевской стены. Фундамент сохранившегося здания звонницы был заложен в 1455 году после того, как старое вместе с частью стены обрушилось в реку. Его неоднократно перестраивали под новые колокола, которые становились все больше. Собор был одним из немногих храмов города, где работал постоянный штат звонарей. Так возникли династии звонарей и своя традиция звона. Сейчас из 18-ти исторических колоколов Софийского набора 12 находятся в Новгороде.

Великий русский композитор Сергей Васильевич Рахманинов, выросший на Новгородской земле, увековечил в своей музыке русский колокольный звон. В Первой сюите для двух фортепиано (часть III, «Слёзы») он передал, хотя и значительно переработав, мелодию средних колоколов старого Софийского звона, и это не единственное его произведение, вдохновлённое колоколами.

Поиски звучания исторического Софийского звона продолжаются. С 1991 года Софийская звонница используется по своему первоначальному назначению, сейчас в её штате трудятся три звонаря. В 2013 году большие колокола звонницы были подняты с постаментов, на которых они простояли почти шестьдесят лет после Великой Отечественной войны. На площадке под звонницей с помощью специальных сооружений подвешены и продолжают звучать три больших колокола – Праздничный, Воскресный и Вседневный благовестник.

Интересный факт: самый большой колокол Софийской звонницы — Праздничный, в 1659 отлил простой псковский кузнец Ермолай Васильев, который никогда не занимался этим ранее. Так получилось, что при литье Ермолай допустил много ошибок: плохо расплавленный металл низкого качества, грубая формовка, разная толщина стенок колокола и так далее. Но колокол звучит до сих пор, а вот его предшественников, отлитых именитыми мастерами, больше нет: один из них разбился, а второй повисел не больше пяти лет и был перелит Ермолаем Васильевым.

Во время антиколокольной кампании конца 1920-х – 1930-х годов оказалось, что Воскресный колокол Софийской звонницы (1839) перелит из безухого колокола, подаренного Иваном Грозным Софийскому собору в 1572 году, то есть является преемником уникального древнего колокола. Это и сохранило ему жизнь.

В декоре Вседневного благовестника Софийской звонницы (1677) навсегда остались следы тонкой работы по металлу его создателей, московских колокольников Василия, Якова и Фёдора Леонтьевых. На орнаменте, изображающем небесные силы, хорошо видны отпечатки пальцев мастеров.

Источник

Васильевские врата софийского собора новгород

Войти

Авторизуясь в LiveJournal с помощью стороннего сервиса вы принимаете условия Пользовательского соглашения LiveJournal

Сказ о том, как новгородские ушкуйники викингов ограбили.

Бронзовые врата (так называемые «Магдебургские») храма св. Софии в Новгороде — главные парадные ворота Софийского собора в Новгороде, расположенные на западном фасаде св. Софии и открывающие проход в храм через Корсунскую паперть. Изготовлены в XII веке немецкими мастерами г. Магдебурга.
Врата покрыты многофигурным рельефом со сценами библейской истории. Над фигурами вырезаны поясняющие латинские надписи, а под ними их перевод на русский язык. В нижней части левой створки дверей фигуры двух мастеров-литейщиков, Риквина и Вайсмута. В руках мастеров — молот и клещи. Латинская надпись «Риквин меня сделал», показывает, что это мастера, изготовившие врата. Среди изображений людей на створках находятся фигуры магдебургского (г.Магдебург, Германия) епископа Вихмана (1152—1192) и плоцкого (г.Плоцк, Польша) епископа Александра (1129—1156). Судя по всему ворота были изготовлены по их заказу, в 1152—1156 гг. По месту возможного изготовления врата называются Магдебургскими или Плоцкими.

Предполагаемый заказчик ворот Плоцкий архиепископ Александр


В Средние века считалось, что это греческая реликвия, которую привез на Русь великий князь Владимир (ага-ага не признаваться же, что новгородцы их тупо спиздили украли))). Многие в это верили, несмотря на наличие латинских надписей. Но в 1823 г. вышла книга Ф. Аделунга, в ней было сделано предположение, что ворота эти на самом деле были вывезены из Сигтуны.

Шведский город Сигтуна в начале ХI века был одним из важнейших городов Швеции, крупнейший торговый центр.
С начала XI в. она становится политическим центром зарождающегося шведского государства…
Civitas magna Sictone (“город великий Сигтуна”) называет ее неоднократно Адам Бременский (1060-е гг.)http://www.aroundspb.ru/history/sigtuna/sigtuna.php#_Toc37313951

В августе 1187 город Сигтуна был захвачен и разрушен то ли карелами, то ли эстами. Русские хроники об этом событии молчат. Вот как это событие описано в хрониках Эрика:
Свеям урон наносили огромный
козни карелов — язычников темных.
До вод Мелара они доплывали,
будь сильный шторм иль спокойные дали.
Шли, не стесняясь, шхерами свеев,
гости незваные, злобу лелея.
Плыли до Сигтуны раз корабли.
Город сожгли и исчезли в дали.
Жгли всё дотла и многих убили.
Город с тех пор так и не возродили.
Архиепископ Йон там сражен.
Весел язычник, в радости он,
что у крещенных так плохи дела.
Русским, карелам смелость дала
мысль та, что свеям не устоять
и можно смело страну разорять.
Чистую правду поведал здесь я:
славный погиб в Асканесе Йон ярл,
тот, что последние девять лет,
дом свой не видя, в латы одет,
с русскими и ижорой сражался.
http://norse.ulver.com/other/erik/erik.html

Кстати, после жесточайшего штурма, недельного грабежа и последующего пожара город так и не был восстановлен.

Короче, по двум наиболее распространенным версиям новгородские ушкуйники либо сперли эти врата у шведов в ходе штурма и последующего разграбления столицы Швеции в 1187 году. Либо пойдя в набег на шведов, случайно наткнулись на возвращавшихся с добычей из разгромленного города карелов, эстов и ливов. И разумно решив, что плыть дальше не надо, после выданных грабителям люлей отобрали у них всю добычу и приперли врата в Великий Новгород. После чего они пролежали в разобранном виде почти триста лет. Мастер из Новгорода Авраам добавочно отлил еще пластины и собрал шедевр заново. Авраам поместил свой портрет рядом с изображениями немецких мастеров-литейщиков Вайсмута и Риквина. С тех самых пор легендарные ворота красуются на западном портале собора.

Дополнительным аргументом в пользу этих версий служит письмо шведского полководца Делагарди от 1616 г., написанном в оккупированном шведами Новгороде, в котором он пишет, о том, что врата были захвачены в Сигтуне, :

«Относительно медных врат, которые его королевское величество желает, чтобы ему прислали из Новгорода ради их достопримечательности, тем более, что они были некогда взяты из Сигтуны, — то я очень бы желал исполнить приказание его королевского величества, но так как эти врата. служат входом в главный храм митрополита здесь, в кремле, куда он ежедневно ходит, то это причинило бы много крика, жалоб и беспокойства. Но, когда между нами идут переговоры, мы не должны трогать этих врат, пока не увидим исхода переговоров; и если, вопреки нашим ожиданиям, переговоры не будут благополучны, то мы, конечно, должны взять отсюда не одни эти врата».

В общем, как сказал некий умный человек, «Молитва «Господи спаси нас от гнева норманнов!» была в ходу только там, куда не добирались дружины русичей))). Можно с этим утверждением поспорить, но в данном конкретном случае оно верно.

Источник

Васильевские врата софийского собора новгород

Материал отсканирован, отформатирован и предоставлен библиотеке «РусАрх» С.В.Заграевским. Все права сохранены.

Размещение в библиотеке «РусАрх»: 2008 г.

К ИСТОРИИ ВАСИЛЬЕВСКИХ ДВЕРЕЙ СОФИИ НОВГОРОДСКОЙ

В свою очередь, само предположение, что Грозный взял свой главный трофей из некоего малого придела – «историческая бессмыслица»: подра­жавший древним триумфатор не мог довольствоваться дверями какой-то там боковой капеллы (любой придел, даже самый почитаемый, есть капелла), но только главными вратами храма, – палладиумом взятого им города. Начитанный в истории и Священном Писании ученый книжник и полководец, кем был, вне сомнения, Грозный, не мог так оплошать!

Почему создатели нетрадиционного верха не заказали при этом и новые переходные элементы от прямых дверей к полуциркульному навершию? Ведь надставляя двери на целый ярус, они должны были пол­ностью заменить их основу, выстругать и сколотить новые створы и т.п. Ведь не иначе, как этими же мастерами (так, во всяком случае, считают все ученые) были вставлены в нижнюю часть дверей две свежие плас­тины – Давид поражает Голиафа и Сошествие Св. Духа – взамен захватанных руками, и четыре новых умбона. Грубо, без пайки, надставлен напоминающий водосточную трубу нащельник, грубо, без пайки, исполнено его навершие с Новозаветной Троицей и т.д. А потому, если бы не изображение на нащельнике двух старых храмовых праздников Софии Новгородской (замечено в свое время Т.В. Николаевой), правиль­нее было бы утверждать, что решающий и судьбоносный монтаж изделия в его окончательном и вульгарном виде происходил все-таки в Слободе, тем более, что новый полуциркульный верх вписывается в арку слободского проема не хуже, чем в арку проема новгородского.

Т.о., гипотеза о наращивании Васильевских дверей непременно в Новгороде представляется шаткой. Лист с Эдесскими исповедниками и Предтечею, которым грубо обернут нащельник, исполнен, конечно, в Новгороде, полуциркульный верх с Рождеством Богородицы – тоже, но первый грубо написан (замечено В.Н.Лазаревым) 8 и грубо прилажен, второй же выписан со скучным совершенством и даже опаян. Эти элементы «разновременны» и потому не связаны друг с другом.

Второе, с чем не справились исследователи, это – состав Василь­евских врат. Ученые искренне не знали, как разместить при нынешних «сокращенных», как они считали, параметрах дверей в верхних шестнад­цати ширинках (нижняя треть из 8-ми ширинок занята притчами и орнаментами) все известные им Господские праздники, плюс Благове­щение на двух пластинах, плюс Троицу и Сошествие Св. Духа, да еще «в календарном порядке» (претензии, не во всем понятные автору насто­ящей статьи). Их не покидало ощущение исходящего от памятника сумбура: вместо четырех орнаментальных пластин – три, вместо четы­рех пластин с притчами – пять. Пластин с Господскими праздниками явно недостает: нет Тайной вечери, нет – Омовения ног. Система расписанных полуфигурами святых умбонов верхней половины врат находится в полухаотичном состоянии, в их размещении нет ни логики, ни смысла. Дважды на одних и тех же дверях повторен Св. Ипатий, чего, казалось бы, не должно быть ни при каких обстоятельствах, кроме случайного монтирования из разнородного подручного материала и т.д. 9 Убедившись воочию, что двери глубоко и бессистемно перемонтиро­ваны, ученые стали предполагать в прошлом их сознательную и «вероломную» перестройку. Они стали склоняться к принятию на счет Васильевских дверей самого пессимистического варианта – полностью испорченного, «сломанного» и кое-как заново собранного изделия. Так родилась версия искусственно «укороченных» полотен.

Завершающим штрихом к нарисованной исследователями мрачной картине служит широко освещаемый в литературе факт слишком тесно стусованных пластин. В процессе приспособления дверей к более узкому александровскому проему пластины теснее, чем следует, были надвинуты одна на другую, так что изображения оказались частично закрытыми накладными полуваликами с зубчатыми краями и крепя­щими «лапками» умбонов. От тесноты страдают как изображения, так и надписи. Однако данный факт не следует драматизировать. Действи­тельность Васильевских дверей не столь безотрадна. Пластины, в самом деле, несколько утеснены, но реально, по сравнению с каноническим-авторским – вариантом их сочленения, потери ничтожные – не более 5 см на створу! В бытность свою в Новгороде двери выглядели почти также: на большинстве пластин видны следы старой клепки – и лапки умбонов, и края полуваликов «забивали» древний рисунок столь же бесцеремонно! Не приглядевшись к памятнику, в это трудно поверить. Исписанные золотом «рамки» изображений показывают (их можно разглядеть почти на всех пластинах), что не «забить» рисунок при монтировании дверей было невозможно. По-видимому, подобная импрес­сионистская небрежность была составляющей манеры художника раннего средневековья. Есть пластины, которые перебивались дважды, есть трижды (например, Крещение и Сретение) – и всякий раз мастера били «по живому», по рисунку. В последний раз, при монтировании в Слободе многие зубчики и лапки были грубо обломаны: мастерам позднего XVI в. они уже мешали.

Сейчас примерно одна треть умбонов не соответствует принятой в этом изделии типологии, а потому сосредоточимся на умбонах. Их де­тальное описание поможет нам ответить (хотя бы приблизительно) на один из поднятых в этом исследовании вопросов: сколько златописных дверей послужили донорами при сборке дверей Васильевских?

Т.о., уже беглый обзор умбонов I группы доставил нам доказатель­ства, что двери смонтированы, причем, разумеется, поздно.

Самое пикантное в истории второй группы умбонов, с чем давно уже столкнулись исследователи, это наличие двух дублирующих друг друга Св. Ипатиев, одного – на левой створе, другого – на правой. Оба Ипатия написаны в XIV в., но подобно картам из разных колод снабжены разны­ми прическами (если мы, конечно, не ошибаемся: на правом умбоне большие потертости). Единственное разумное объяснение этому фено­мену – они от разных дверей.

Третья и последняя группа умбонов – круглые «умбоны перекрестий» – с четырьмя отверстиями на четыре стороны и четырьмя крестообразно расположенными «лапками». Эти умбоны встречаются только внутри решеток переплета. Умбонов перекрестий должно быть восемь, по четы­ре на створу (место «пятого» занимает маска химеры в центре каждой створы). Однако в действительности их – девять. Девятый, XIV в., употреблен в качестве замены в неподобающем месте – в центре верхней перекладины правой створы. На нем изображен Вседержитель. Послед­нее означает, что он – из деисусной композиции. Он в идеальном состоя­нии, но две его верхних лапки специально обломаны, чтобы не вредить расположенной выше композиции Рождества Богородицы и Моления Иоакима. Вверху полусферы умбона отверстие: надставлявшие васильевские двери мастера от осевого вертикального разделительного валика, как известно, отказались. Этот умбон не может быть сочтен, однако, «лишним», его место – ярусом ниже, в деисусах. Лишний – один из остав­шихся четырех умбонов верхней половины дверей. Это – или один из отцов церкви: Василий Великий, Григорий Богослов или Николай Чудо­творец (все трое – Х VI в.), или – евангелист Матфей Х VI в. Отцы церкви самой природой предназначены на роль центральных фигур символи­ческих композиций (как это видим на южных дверях собора Рождества Богородицы в Суздале XIII в.), евангелист же Матфей – не епископ и не Святитель. Его с большим правом можно счесть лишним. Тем более, что он, весьма вероятно, занял место Вседержителя, «поднявшегося» на решетку выше (время изготовления умбона с евангелистом решающей роли не играет, поскольку это может быть «замена»). А потому остановимся на этом гипотетическом варианте. Т.о., златописных дверей с круглыми умбонами III группы было, как минимум, двое: Васильевские со Вседер­жителем и повторяющие их во всем двери XVI в. с Матфеем.

Итак, в какой-то момент своей истории Новгородская София имела несколько златописных дверей того же типа, что и Васильевские врата: трое дверей основного храма и двое-трое-четверо дверей придельных. В пользу этого предположения говорит множество разнотипных умбо­нов, которыми в полном беспорядке снабжены сейчас Васильевские двери. Большая часть соборных дверей была построена в XIV в. при архиепископе Василии Калике и его преемниках и одни двери, как минимум, – в XVI в. – по образцу первых. Особые златописные двери позднего типа, с полуциркульным верхом, окаймленные плоским лен­точным бордюром, были сооружены во второй половине Х VI в. в южный придел Рождества Богородицы. У этих плоскостных врат не было ни трубок, ни умбонов. Появление полотен, обитых плоским кантом, гово­рит, с нашей точки зрения, о массовом переходе в церковном строитель­стве к конструкциям из полосового железа. Как было в данном случае, мы, конечно, не знаем. Большинство дверей памятника были прямоверхими, однако, одна или две пары дверей имели, подобно Рождественско­му приделу, полуциркульное завершение. По верху дверей, под притолкой – писались или Серафимы (Васильевские врата), или евангелисты. Ярусом ниже размещались малые деисусы, по два на одни двери. Об этом красноречиво говорят умбоны II и III групп. Два последних яруса верхней половины дверей занимали отцы церкви и патрональные святые заказчиков. Большего о символике и расположении умбонов данной сю­иты златописных дверей сказать невозможно.

Настоящие Васильевские врата собраны из четырех пар древних златописных дверей Софии Новгородской:

– из перемонтированных собственно Васильевских врат (21 пластина и большая часть умбонов Х IV в., – полувалики не рассматриваем);

– из дверей Х IV в. «с евангелистами» одна пластина с притчами и некоторое кличество умбонов;

– из двух пастин и 4-х умбонов неких златописных дверей XVI в;

– из полуциркульного верха от дверей в придел Рождества Богоро­дицы второй половины XVI в.

Калейдоскопичность Васильевских врат, т.о., очевидна. Вопреки распространенному мнению, Васильевские двери – не плод осмысленной, глубоко продуманной реконструкции (типа макарьевских преобразо­ваний), а, скорее всего, незапланированный результат некоего текущего ремонта, реконструкция с элементами случайности. Среди пестрого набора «чужих» умбонов нет ни одного, который мог бы быть сочтен сделанным «на заказ» для восполнения потерянного или испорченного, кроме умбона с Лавром, справа от утраченной дверной ручки. Все прочие умбоны явно вторичного использования, не был заказан и полуциркульный дверной верх. Он взят по случаю от других дверей тут же в Софии. В Васильевских дверях противоречиво соединились полотна двух дверей Софийского собора – главных западных и дверей придела Рождества. Кто и по какому случаю собирал Васильевские двери – вопрос. Двери собирались мастеровыми под надзором соборного причта, который искал лучших с точки зрения церковного благолепия и все же – импровизационных решений. Только причт мог сделать гру­бую, но «осмысленную» вставку в замечательный древний нащельник, вместо того, чтобы переписать часть нащельника заново. Поводом для перестройки и перемонтировки дверей могла стать реконструкция главного западного портала собора, устройство в нем арочного верха. В процессе этой реконструкции сделался необходимым общий ремонт по­лотен. Наращивание полотен потребовало нарастить и нащельник. Так родилась идея вставки листа меди с двумя малыми соборными праздни­ками – Гурия, Самона и Авива и Усекновения главы Иоанна Предтечи в темнице. Однако, между этим листом и полуциркульным верхом – ощутимая «вкусовая» дистанция. Слишком различны эти элементы с точки зрения культуры исполнения, тщательности, если угодно. Полуциркульный верх – паяный, а лист нащельника прибит плотницкими гвоздями. При этом менялись также двери и в приделе Рождества. Произойти этот крупный соборный ремонт мог при архиепископе Пимене в 60-е гг. Х VI в. Таким образом, Васильевские двери в их окончательном виде могли быть смонтированы накануне новгородского похода.

2 Штаден Г. О Москве Ивана Грозного. Записки немца-опричника. М., 1925., С. 91.

3 Аверинцев С.С. «София-Логос. Словарь», изд. 2-е, Киев, 2001, С.221-250, «К уяснению смысла надписи над конхой центральной апсиды Софии Киевской». Однако, вопрос о том, чем была храмовая икона Софийских соборов в домонгольской Руси остается открытым. С н. т. зр. для роли храмового образа Софийского собора очень подошла бы домонгольская икона типа Великой Панагии из Ярославля, датируемая обычно временем сооружения первого Спасского собора, в котором она была найдена (пер.тр. Х III в.). Второе название Великой Панагии – Оранта.

4 Растерянность исследователей перед загадкой посвящения Васильевских врат исчерпывающе отразил в своей монографической статье В.Н. Лазарев (Лазарев В.Н. «Васильевские врата 1336 г.». Русская средневековая живопись. М., 1970, С. 179-216.)

6 Декоративно-прикладное искусство Великого Новгорода. «Западные двери новгородского Софийского собора. «Корсунские», «Сиггунские», «Магдебургские» или «Плоцкие», Кат. № 64, С.258-266.

7 Лазарев В.Н., указ, соч., С.189. Ученый, как можно его понять, склоняется к принятию восьмиярусной схемы. Т.В. Николаева, напротив, избирает семиярусную. (Николаева Т.Е., «Прикладное искусство Московской Руси», М., 1976, С.58-60). Г.Н. Бочаров считает, что «первоначально двери были восьмичастными и имели 32 пластины» (Бочаров Г.Н. К реконструкции первоначального облика Васильевских дверей 1336 г. В сб. Александровская слобода. Владимир, 1995 г., Схема № 1, С.119,120) Авторы «Декоративно-прикладного искусства Великого Новгорода. » (под ред. И.А.Стерлиговой) принимают вариант Т.В.Николаевой (Указ. соч. С. 299)

8 Лазарев В.Н.. указ. соч., С. 190.

9 Архим. Леонид простодушно посчитал, что мастер, сделавший двери, был прихожанином новгородской церкви Св. Ипатия на Рогатице, что это «знак уважения» и пр. (Леонид, архим., указ. соч. С. 93, примеч.1)

10 На чертежах реконструкции (Декоративно-прикладное искусство Великого Новгорода. С.299) исследователи почему-то сдвигают маски с кольцами к краю створ, как это сделано на византийских Корсунских вратах Софии Новгородской, запиравшихся висячим наружным замком с «цепочкой» («цепочка» из двух встречных колец, по одному кольцу на маску, сохранилась). У Васильевских же врат (30-е годы XIV в. все-таки!) уже вполне мог быть внутренний пружинный замок. Этот замок мог быть врезан позади пластины с Сошествием Св. Духа, впоследствии замененной.

11 Вопросы реконструкции боковых Корсунских дверей Софии Новгородской (известных как «Тверские врата» Александровой слободы) рассмотрены нами в специаль­ной статье: Кавельмахер В.В. Бронзовые двери византийской работы из Новгородского Софийского собора в Александровой слободе. Еще раз о происхождении Тверских врат – в сб. Зубовские чтения, вып. первый, Владимир, 2002 г., С.58-77. Размеры Тверских врат (как и Корсунских новгородских) указаны на С.67: приблизительно 250х150см.

14 Декоративно-прикладное искусство Великого Новгорода. Кат. № 75, С.295-297.

15 Указ, соч.: Кат. № 77, С.321-326; Кат. № 78, С.327-328; Кат. № 79, С.328; Кат. № 80, С.329-330.

Все материалы библиотеки охраняются авторским правом и являются интеллектуальной собственностью их авторов.

Все материалы библиотеки получены из общедоступных источников либо непосредственно от их авторов.

Размещение материалов в библиотеке является их цитированием в целях обеспечения сохранности и доступности научной информации, а не перепечаткой либо воспроизведением в какой-либо иной форме.

Любое использование материалов библиотеки без ссылки на их авторов, источники и библиотеку запрещено.

Запрещено использование материалов библиотеки в коммерческих целях.

Учредитель и хранитель библиотеки «РусАрх»,

Источник