в каком году было крещение мордовии
Как мордву крестили
В прежние времена мордва поклонялась языческим богам и понятия не имела о христианской религии. Детей не крестили и не именами православных святых называли, а как понравится родителям. Родится ребенок в поле — назовут его Паксяльтя, в лесной избушке на свет появится — назовут Виряльтя*. Заря, туча, зверь, птица или растение могли стать именем новорожденного.
Но пришел в мордовское село русский поп и сказал :
Пригорюнилась мордва. Уж очень грозным русский бог показался.
— Спаси нас, батюшка поп, — просят женщины.
— Спасу, — говорит поп. — Только надо мне перво-наперво вас всех в речке окрестить и новые православные имена дать.
Как ни старался поп — и наказанием на том свете грозил, и рубахи новые сулил тому, кто крестится, — ничего у него не выходило. Никто не соглашался в речку лезть. Тогда привез поп бочку водки и поставил ее на луговом берегу. А на противоположном высоком берегу, где село, собрались все жители — интересно им все же, что собирается поп делать со своей бочкой. А поп и говорит :
— Кто речку переплывет или вброд перейдет, трижды с головой окунувшись, тому кружку водки даю.
_____________________________________________________________________________
* Паксяльтя, Виряльтя — собственные имена, образованные от эрзя-мордовских слов пакся (поле), вирь (лес).
** Ведява — мордовская языческая богиня, обитавшая, по верованиям древних, в ручьях и речках.
В селе Лобаски первыми христианами из мордвы были Юрка и его жена Алмая. Фамилию их теперь никто не помнит. А может, и не было у них фамилии. В те времена мордва друг дружку по именам называла да по селам, где кто родился. Родился Юрка в Салдамановом Майдане и звали его так : Юрка из Салдаманова Майдана. А когда в Лобасках стал жить, стали называть Юркой из Лобасков.
Этот Юрка был большой пройдоха. Везде первым поспевал. И всюду выгоду для себя имел. Смолоду голодранцем был, а умер богатым.
Когда она по селу шла, мужчины на звон мониста с бубенчиками на улицу из своих изб выбегали, а их жены от зависти и ревности бранились.
Решили они пожениться. А родственники покойного мужа согласия на это не дают — не хоте-лось им богатство из рук выпускать. Юрка и говорит Алмае :
— Давай я тебя украду.
Обычай был тогда у мордвы : если парень украдет девушку или вдовую женщину и продержит у себя ночь, то она считается его женой и никто не может их разлучить. Договорились они : в условленный день пошла Алмая на речку белье полоскать. А родственники глаз с неё не спускали, следили — тоже хотели украсть. У них и кибитка наготове стояла. Запрягли они лошадей и поехали к речке Вад. Тут Юрка на лодке подплывает, Алмая прыгнула к нему — и поминай как звали. Хотели догнать, но другой лодки не оказалось.
Несколько дней скрывались они где-то. Потом в село вернулись как муж и жена. Однако родственники на том не успокоились.
Поп окрестил Юрку и Алмаю, вокруг аналоя их обвел, молитву прочитал.
— Теперь вы христиане, — говорит, — и обвенчаны, православным браком соединены. Этот брак никто не может расторгнуть без воли господней.
Родственникам Алмаи поп строго пригрозил : если не утихомиритесь, то я стражников вызову, и вас в царскую тюрьму посадят. Испугались те, притихли.
Вот так и появились в Лобасках первые христиане из мордвы.
Попы долго приучали мордву по-христиански молиться. Прежде всего велели, чтоб в каждой избе икона была. Поп ходил и проверял, есть икона или нет. В те времена мордва еще не разбиралась в православных святых — какая икона попадется, такую и вешали.
В нашем селе сплошь Николы Угодники висели. Жители за главного бога его считали.
Вот приходит поп с дьячком к одному мордвину и спрашивают :
— Молюсь, — говорит мордвин.
Поп перекрестился на икону и говорит басом :
А дьячок стоит в углу, где икона, и отвечает тоненьким голосом :
Когда поп с дьячком ушли, мордвин взял кочедык* и выковырял Николе Угоднику глаза. Чтоб, значит, не подглядывал и не доносил попу на хозяина.
Через некоторое время опять поп с дьячком приходят. Увидели испорченную икону и давай браниться :
— Он сам себе глаза закрыл, — мордвин отвечает. — Ночь не спит, день не спит — силы у него не стало смотреть. Очень спать захотел.
Дьячок из угла отвечает попу тоненьким голосом :
Долго ругали они мордвина, велели икону новую купить. Когда ушли, — мордвин снял Николу Угодника и выбросил в хлев, в самую грязь, под ноги свиньям.
Приходят в третий раз поп с дьячком. А угол-то, где икона висела, пустой.
— Он гулять пошел, — мордвин отвечает.
Мордвин перекрестился и говорит :
— Ей-богу, вчера вечером во дворе его видел.
Повел он попа и дьячка в хлев. А свиньи уже затоптали икону в навоз — только уголок один торчит.
Разозлился поп, чуть в драку не лезет :
— Батюшка поп, — говорит мордвин. — Ты сам слышал, как эта деревяшка с тобой разговаривала. А если говорить она может, то и ходить сумеет. И от водки не откажется.
_____________________________________________________________________________
* Кочедык — инструмент для плетения лаптей
В каком году было крещение мордовии
Республика Мордовия
Освящение церкви в Жуковке. Зубово-Полянский район, 2005 г. Фото С. Шевченко.
с указом, овоща ж и без указа, и чинят, что хотят, потому что они люди без-грамотные и беззаступные. И того ради всякий их изобижает, и чего никогда в указе не бывало, того с них спрашивают и правежем правят. А егда дети их на-учаться грамоте, то грамотные будут у них владетельми, и по-прежнему в обиду их уже не дадут и будут свою братью от всяких напрасных нападок обе-регать. А иные, выучась грамоте, познают святую христианскую веру, возже-лают и креститися, то тии грамотники мало по малу иных свою братью к хри-стианской вере приводить будут».
Следует сказать, что методы христианизации, которые в предшествующий пери-од применялись в крае, носили ярко выраженный насильственный характер, что естественно вызывало негативную реакцию народа, отразившуюся в песне :
Крещение идет
На сером коне,
Я увидела — испугалась,
Под овчином спряталась.
Под овчином козел.
Ногами стучит,
Бородой трясет.
Крещение идет.
Христианство было воспринято мордвой как «чужеродная» религия. Неслучайно одна из героинь устного народного творчества Мамилька, сидящая в москов-ском остроге «за мордовскую веру, за мордовские законы» советует своей сестре :
А другая героиня фольклора, Сырява, отвечает отказом сызранскому воеводе, который приказывает отречься от своего национального костюма и креститься :
Я не скину хвосты,
Не надену кресты.
Примечание : под хвостами понимается пулай —
мордовское поясное украшение.
Строительство монастыря. Миниатюра конца XVI века.
Постепенно в крае возводятся монастыри : Шацкий Чернеев Николаевский (1573), Пурдышевский (1573), Краснослободский Спасо-Пребраженский (1652), Санаксарский (1659) и другие.
В Петровскую же эпоху, которая породила не толь-ко воинов и флотоводцев, дипломатов и заводчи-ков, но и просветителей типа Ивана Посошкова, процесс христианизации стал более утон ч ённым. Призыв Посошкова обучать мордву грамоте созву-чен устремлениям последующих поколений россий-ских гуманистов.
Дамаскин — один из наиболее известных крестителей мордвы.
Проект Симонова не был осуществлен, как, впро-чем, и проект Посошкова. Государственным и церковным властям пришелся не по душе их де-мократизм, однако сам факт существования по-добных предложений говорил о многом. Он сви-детельствовал о том, что в русском обществе вы-зревает тенденция мирной христианизации мор-двы, тенденция ненасильственного утверж д ения «веры христовой» в мордовском крае.
Сохранилось мордовское предание, которое в какой-то мере отразило личное участие Петра I в крещении мордвы. Согласно этой легенде однажды Пётр повстречал человека со звериными шкурами и пожелал узнать, кто он и откуда. Человек назвался мордвином и при разговоре не скинул шапки. Петр назвал его невежею и потом спросил его о вере. Узнав о том, что мордвин не знает ни Христа, ни его, Петра, государь стал уговаривать своего собеседника креститься и уговорил. Царь сам был восприемником при крещении, а затем в знак милости пожаловал зверолову земли.
Церковь, которая находится в Зубовой Поляне сейчас
При проведении христианиза-ции мордовского населения правительство столкнулось с отсутствием среди духовенст-ва людей, знающих эрзянский и мокшанский языки. Слово божье, произнесённое по-рус-ски, имело малое воздействие на крестьян. Поэтому началась подготовка миссионеров, зна-ющих языки. В 1733 году пу-тешественники И. Г. Гмелин и Г. Ф. Миллер посетили Но-вокрещёнскую школу в Зилан-товом монастыре под Каза-
Рождество-Богородичный Санаксарский монастырь. Памятник архитектуры XVII в. Темников. Фото Е. Зорькина
ния, проповедники, к сожалению, большею частью и ограничивались только этим легким способом обращения, не вменяя себе в обязанность — возбуждать в сердцах и мыслях нововокрещёных живую и искреннюю веру в Христа и на-учать христианству».
Церковь Пророчицы Анны в Жуковке. Построена в 2005 г. Зубово-Полянский район. Фото С. Шевченко.
Кроме того, принимая право-славие, мордовские крестьяне продолжали молиться своим богам. В результате возникало очень сложное идеологичес-кое явление — христианская вера как бы наккладывалась на древнюю языческую, видоиз-меняла её. Складывался весь-ма своеобразный симбиоз, своего рода новая религия. Под влиянием христианской проповеди произошла транс-формация мордовской мифо-
Церковь в Атяшеве (восток Мордовии)
но мордовское население края отреагировало массовым бегством за Волгу, в Сибирь. Именно в это время среди мордовских крестьян распространились уто-пические воззрения о существовании где-то царства справедливости. Они нало-жились на старинные предания о Тюштяне, который увёл свой народ за море и будто бы основал это царство. По легендам «заморская мордва живет с Тюш-тянем в совершенном изобилии и довольстве, податей не платит и рекрутст-ва не знает».
Ф. Сычков «Водосвятие», 1916 г.
Иногда же на смену пассивным формам сопротивления приходили активные, вспыхивали локальные стихийные восстания. В июле 1741 года крестьяне села Сыресева и деревни Хмелевки «многолюдством с ружьи и с копьи и з содаки» разгромили вотчину цесаревны Елизаветы Петровны при сельце Меянец. В 1756 году крестьяне села Петровка Саранского уезда разбили усадьбу местного помещика, а жители сел Дубровка и Чиндяново Алатырского уезда проделали то же самое с имением графа Шереметева. Впрочем, все это было мелкими сты-чками, довольно быстро подавляемыми.
Третий день Троицы в с. Промзине Спасского уезда (ныне З-Полянского района), 1920-е гг.
го священнослужителя. Ему было велено «волей или неволей» крестить иновер-цев в Казанской, Астраханской, Симбирской, Нижегородской и Воронежской губерниях. Исполнять свои обязанности Д. Сеченов начал ревностно.
Село Анаево Спасского уезда (ныне З-Полянского района) в праздничный день, 1920-е гг. Из фондов Мордовского краеведческого музея.
капитаном Лазарем Шмаковым бесчинствовали в селах и деревнях. Шмаков «. мордву для невольного крещения сыскивал, и возил под караулом под шпагами, и у мордовских жен косы обрезывал». Однако сил для пресечения восстания у него явно не хватало. Поэтому решением военной коллегии в Терюшевскую во-лость были направлены крупные части под командованием генерал-майора Стрешнева и премьер-майора Юнгера.
Праздник иконы Казанской Божией Матери в Мордов- c ком Пимбуре. З-Полянский район, июль 2004 г. Фото С. Шевченко.
денных детей своих ко крещению не объявляют, и умерших для погребения к ча-совне не привозят, и во всем чинятся противны».
Спустя сорок с лишним лет нижегородский архиепископ Дамаскин сообщал о независимой духовной жизни мордвы Екатерине II : «. они придерживаются многих старинных обычаев, обрядов и праздников».
Опасение новых возможных выступлений заставило правительство прекратить практику взятия в рекруты «язычников» взамен христиан, были прекращены пе-реселения некрещёных из деревень, в которых жили новокрещёны. Осуществ-лены и частичные уступки. Например, власти отказались от ареста всех «зачин-щиков» Терюшевского восстания ввиду их «великого множества».
Таким образом, правительству не удалось форсировать процесс христианизации мордвы. Мордва сохранила в борьбе свое национальное самосознание и тради-ционную культуру. Но ни естественное недовольство мордвы христианизацией, ни даже убийство Мисаила не остановили процесса — он лишь замедлился и принял более приемлемые для язычников формы, и постепенно новые поколе-ния забывали дорогу к языческим капищам и православные праздники стали для эрзян и мокшан своими. Процесс постепенной христианизации мордовского края и, в том числе, в мокшанской его части, в наших местах, был завершён к сере-дине-концу XVIII века.
Кафедральный собор святого праведного воина Фёдора Ушакова. Саранск. Построен в 2006 г. Фото А. Ивлиева.
Через 130 лет, в середине XIX века, исследователь Тамбов-ского края И. И. Дубасов изучил церковь в Покровских Селищах, о которой написал : «Самый старинный храм в Тамбовской мордовской сто-роне — это церковь Покрова
Пресвятой Богородицы в селе Покровских Селищах, по строенная в 1756 г. Цер-ковь эта сооружена была из дерева и за счёт местных жителей. Правительст-во же прислало в новопостроенную церковь колокол, на котором имеется сле-дующая надпись : «Лит в Екатеринбурге в 1751 году, 7 пуд 35 фунт».
Однако, даже посещая церкви, соблюдая все православные обряды, мордва ещё долго — вплоть до XX века — «совмещала» старые языческие обряды и христи-анские ритуалы, Христа порой понимая как «сменщика»-аналога главного мор-довского языческого бога Шкая. Этнограф и краевед И. Дубасов отмечал в кон-це XIX века : «. мордва и в настоящее время не совсем еще освободилась от языческих верований. Правда, внешним образом они выражают самую усердную привязанность к Православной церкви : соблюдают посты, любят церковное благолепие, большие мастера звонить по праздникам на колокольнях, но от это-го до истинного христианства еще далеко».
Мордовское моление на Троицу. Фото М. Евсевьева, начало XX в.
На этой фотографии хорошо видно совмещение старых верований и новых : отмечая христианский праздник Троицы, жители мордовской деревни празднуют его точно так же, как до крещения праздновали свои языческие праздники их предки — совместной трапезой и коллективным молением не в храме, а на местности около деревни.
Но, тем не менее, постепенно церкви сооружались во многих селениях края, Хри-стова вера крепла, авторитет священнослужителей возрастал.
В Ачадовской волости общество села, нуждаясь в деньгах на постройку церкви, в 1880 году сдало под вырубку, расчистку и распашку 6 десятин леса и 7 десятин выгона. Построенный на эти деньги великолепный храм и доныне украшает село Ачадово.
Церковь, которая была в Каргашине до начала 1930-х гг. Рисунок проекта.
к неукоснительному исполнению заповедей Иисуса Христа, но и собирала жите-лей Каргашина «во дни торжеств и бед народных». К языку большого колокола была привязана длинная веревка, позволявшая каждому «бить в набат» в случае пожара или каких-то других несчастий. В архивах сохранился проект, по которо-му строили церковь.
Церковь, которая была в Новых Выселках, 1910-е гг.
В Новых Выселках взамен старой, деревянной церквушки в 1890 году при-ступили к строительству каменного храма на 1 000 прихожан. Такого масштабно-го строительства в селе еще не знали. Каждое подворье, имеющее в своем хо-зяйстве лошадь, должно было поставить на место стройки три подводы камней. Камни собирали по полям, оврагам, по берегам реки Чиуш. Кирпичи формовали и обжигали в полукилометре от строительного объекта. Кладку стен вели на из-вестковом растворе каменщики из Вадинска. В 1903 году строительство церкви было завершено. Открытие храма было приурочено к канонизации Серафима Саровского. По некоторым сведениям, на открытии храма присутствовал митро-полит Антоний Вадковский, детство которого прошло неподалеку — в Ши-рингушах.
Ново-Выселкская церковь простояла до 1944 года, когда её взорвали. Часть вторичного строительного материала было вывезено в предместья Зубовой По-ляны для возведения моста через реку Лундан на автотрассе Москва – Куйбы-шев, часть — в район так называемого «Тёщиного языка», где были непролаз-ные топи и болота (см. также о том, как в 1920-х годах церковь стала причи-ной бедствий для некоторых жителей села).
Церковь, которая находилась в Зубовой Поляне до начала 1930-х годов. Фото из архива семьи Миловановых.
чае, в местных преданиях о том времени о нём говорится, что «его погубили», «он сгинул «.
Всего на территории Мордовии в 2004 насчитывалось 332 зарегистрированных религиозных организации, среди которых есть и нетрадиционные для России конфессии : молокане, баптисты, иудействующие (субботники) и некоторые дру-гие, традиционно классифицируемые как протестантские. Но число их адептов не превышает нескольких тысяч или даже сотен, и они существуют на положе-нии сект.
Свято-Варсонофиевский женский монастырь в Покрово-Селищах. З-Полянский район, 2000 г. Фото С. Шевченко.
Покровская церковь в Ачадове, конец 1990-х гг.
Около 5% (49 000 чел.) насе-ления Мордовии исповедует ислам. В каждом из 58 татар-ских сёл действуют мечети или приспособленные под них здания. Зарегистрированные религиозные исламские общи-ны относятся к Московскому, Казанскому и Уфимскому муфтиятам. В Зубово-Поля-нском районе мечети в 1990-х годах были открыты в Ко-четовке и в Татарском Лун-дане. В Кочетовке первым муллой стал Хали Хасанович Мамин, передовик производ-ства, до этого многие годы ра-ботавший трактористом, а в Татарском Лундане — пред-ставитель известной в районе
фамилии Чинакаевых — Шамиль Ибрагимович, более 30 лет проработавший учителем истории.
По материалам В. Абрамова, Е. Мокшиной, А. Прохорова,
Г. Петелина, В. Юрченкова, публикациям в прессе. 2004-2007 гг.
Рисунок А. Коровина.
ЦЕРКВИ ЗУБОВО-ПОЛЯНСКОГО РАЙОНА (200 7 г.)
Великомученика и целителя Пантелеймона
Во имя святых Царственных Мучеников
Рождества Христова
Божией Матери Живоносный Источник
Преп. Серафима Саровского, домовая
Рождества Христова
Иконы Божией Матери
«Скоропослушница», домовая
Святого благоверного кн. Александра Невского, домовая
Рождества Пресвятой Богородицы
Михайло—Архангельская
Преп. Серафима Саровского
Сергия Радонежского
Преп. Серафима Саровского, домовая
Преп. Амвросия Оптинского, домовая
Святой великомученицы Анастасии Узореши-тельницы, домовая
Рождества Христова
_______________________________________ _______________________ ________
Насильственная христианизация мордвы (Терюшевское восстание / 1743-1745)
Процесс христианизации мордовского народа был сложным, длительным и противоречивым, сопряженным с другим исторически гораздо более широким и многозначительным процессом присоединения мордовского народа к Российскому государству и последующего его развития в составе России. «Обращение в христианство было одной из важных мер национально-колониальной политики царского самодержавия, предпринятой для укрепления власти среди народов Поволжья, ее идеологического обоснования»
Христианизация мордвы как полноценный процесс началась в XVI в. Началом этого века датируются первые письменные свидетельства о проникновении христианства в среду мордовского народа. Приобщение мордвы к христианству было сопряжено с рядом трудностей. Христианство в ряде случаев вводилось насильственными методами: «водружение здесь (среди народов Поволжья) креста, особенно же привитие православия к коренным не может свершиться вдруг, тем более без сопротивления и борьбы со стороны недавно покоренных буйных иноверческих племен» Эта борьба была интенсивной (волнения, восстания)
Нельзя не отметить коммуникативные трудности христианизации. «Христианизация шла медленно и трудно, что, естественно, не радовало миссионеров, по этой причине они склонялись к необходимости для более основательного внедрения в мордовскую среду православия использовать родной язык». Создавались миссионерские школы, в которых обучались представители нерусских народов, в частности, мордва. Задачей этих школ было воспитание миссионеров из мордовского народа.
С XVI в. на территории мордвы начали воздвигаться православные монастыри и церкви. Царское правительство наделяло их пахотными, лесными, водными угодьями и приписывало к ним целые мордовские поселения. Монахи крупных монастырей центра буквально по следам русского войска, разгромившего Казанское ханство, через Шацкий, Арзамасский, Темниковский; Алатырский уезды, населенные мордвой, устремились в «подрайскую землицу», захватывая лучшие угодья. Крупнейшими монастырями на мордовских землях были Пурдышевский, Санаксарский, Саровский и др. Одной из главнейших задач, поставленных перед ними, было утверждение мордвы в христианской вере29.
Столкновения светских и церковных властей с «иноверцами» на почве христианизации носили порой весьма ожесточенный характер.. Так, в 1656 г. в Шацком уезде был убит архиепископ рязанский Мисаил, прибывший туда с царской грамотой, с государевыми служилыми людьми «мордву и татар во крещение приводити» 30.
16 мая 1681 г. царь Федор Алексеевич подписал указ о предоставлении льгот мордве в случае крещения («А как они крестятся, и им во всяких податях дано будет льготы на шесть лет» 31). Немалое число мордвы польстилось на льготы и крестилось, но едва удалялись священники и пристав, как новокрещеные снимали с себя кресты и продолжали жить по-старому. Спустя пять лет вышел новый указ царского правительства, в котором говорилось о том, что новокрещеная мордва «в христианской вере не тверда, в церкви божий не приходит и отцов духовных у себя не имеет» 32.
В 1740 г. в Казани была учреждена Контора новокрещенских дел, призванная ускорить христианизацию на территории Казанской, Нижегородской, Воронежской и Астраханской губерний. В указе царского правительства от 11 сентября 1740 г. об отправлении архимандрита Д. Сеченова, назначенного главой конторы, в эти губернии, повелевалось давать новообращенным льготы от податей на три года, освобождать их от рекрутской повинности, от работы на казенных заводах, «давать каждому по кресту медному, что на персях носят, весом каждый по пяти золотников, да по одной рубахе с порты, и по сермяжному кафтану с шапкою, и рукавицы, обуви чирики с чулками, а кто познатнее, тем при крещении давать кресты серебряные по четыре золотника, кафтан из сукон крашеных, какого цвета кто похочет, ценою по 50 копеек аршин, а вместо чириков сапоги ценою в 45 копеек, женскому полу волосники и очельники, по рубахе холщовой. Да от денег, мужескому полу, кои от рождения выше 15 лет, по рублю по 50 копеек, а от 10 до 15 лет — по рублю, а кои ниже 10 лет, тем — по 50 копеек»33.
Намного ухудшилось положение тех, кто несмотря на подачки, не хотел креститься, ибо все повинности и подати крестившихся в льготные годы было приказано «взыскивать на оставшихся в тех местах некрещеных иноверцах».
В 1744 г. в челобитной, адресованной императрице Анне Иоанновне, мордовские «прявты» (выборные старосты.— Н. М.) деревень Романиха и Ключиха Терюшевской волости Нижегородского уезда Данила и Живайка Цанаевы от имени «всей той волости мордвы» просили не подвергать их насильному крещению, отозвать из волости прибывшего туда епископа Нижегородского Дмитрия (Сеченова.— Н. М.) с протопопами, попами и солдатами, который не желавших креститься арестовывал, держал под крепким караулом в кандалах и колодках, бил мучительски, смертно, привязав к столбам, и в купель окунал связанных и кресты надевал на связанных. Однако принудительное крещение продолжалось, а за содействие мордве в составлении указанной челобитной солдата Преображенского полка Григория Зубкова по императорскому указу было повелено бить «при полку нещадно батогами, дабы впредь другие того чинить не дерзали» 34.
Так начиналось Терюшевское восстание мордвы 1743—1745 гг., возглавленное Несмеяном Кривовым и Пумрасом Семеновым. Понимая, какую опасность оно представляет, епископ Нижегородский и Алатырский Дмитрий просил Синод быстрее подавить его, ибо «протчих мест новокрещеные народы. мордва, и черемисы, и чуваша вси от того возмутятся и воссвирепеть могут» 35.
Прибывшие войска действительно скоро и жестоко подавили восстание, а его предводителя Несмеяна Кривова «за снятие с себя креста и за расколотие святые иконы», и за то, «что он во всем был первой возмутитель и заводчик», Правительствующий Сенат приговорил «зжечь при собрании всей Терюшевской волости новокрещеных и некрещеных мордвы при селе Сарлее, при котором собрание и на преосвященного Дмитрия нападение от мордвы было». «Учинить смертную казнь» повелевалось и другому лидеру этого восстания, бурмистру деревни Клеиха Пумрасу Семенову «за возмущение мордвы». Остальные руководители и повстанцы «в страх другим» были биты кнутом и плетьми 36.
Протест не только мордвы, но и других народов Среднего Поволжья против христианства, как религии, насильственно внедряемой в народ царизмом, иногда облекался в религиозную форму: отказ от принудительно навязанного православия, возврат к «язычеству», но вместе с тем имели место попытки как-то трансформировать старую языческую веру, чтобы можно было эффективнее противопоставить ее православию.
Один из ярких эпизодов такого реформаторства связан с движением мордвы той же Терюшевской волости, проходившем в 1808—1810 годах. Возникнув как обычное крестьянское сопротивление помещичье-крепостному гнету (отказ от барщинных работ), оно затем превратилось в религиозно-реформаторское движение. Возглавил его местный же крестьянин — житель деревни Большое Сеськино, принадлежавшей графине Сен-Приест, Кузьма Алексеев. Мордовские крестьяне указанной волости стали собираться в лесах на общие моления — озксы, проводившиеся, как докладывал нижегородский губернатор А. М. Руновский министру внутренних дел князю А. В. Куракину, «по древнему их идолопоклонническому мордовскому заблуждению». На этих мольбищах К. Алексеев объяснял крестьянам, что они должны быть свободными, не должны принадлежать помещикам и выплачивать оброк, что «Христа больше нет, не будет больше и христианской веры», что скоро «прежняя их мордовская вера возвысится, а христианская упадет»37.
Царское правительство жестоко расправилось с крестьянским движением. Его руководитель с семью наиболее близкими «сообщниками» был арестован и предан военно-полевому суду, который приговорил Кузьму Алексеева к сечению плетьми, вырезанию ноздрей, наложению клейма на лбу и щеках и к ссылке на поселение в Иркутскую губернию. Архиепископ Нижегородский и Арзамасский Вениамин лично объезжал волость, совместно с помещиками и полицией назначал к каждой десятидворке новокрещен смотрителей, получивших приказание «наблюдать, дабы живущие в оных препорученных им дворах новокрещены не исправляли никакого моления по мордовским обрядам, а молились бы по-христиански» 38.
Иерархи русской православной церкви объявляли «грехом» житейские контакты русских крещеных крестьян с некрещеной мордвой, накладывали на них церковное табу. Однако жизнь вносила свои коррективы. Складывание широкой экономической общности в рамках единого всероссийского рынка, единой системы товарно-денежных отношений, отсутствие каких-либо принципиальных отличий в уровне развития крестьянского хозяйства мордвы и русских, смешанное расселение, возникавшее по мере миграции русских в мордовские земли, совместная борьба против угнетателей внутри страны, как и совместная защита ее от внешнего нападения, участие мордвы в качестве спутника русских в освоении других земель способствовали выработке добрососедских отношений. Очень примечательна в этой связи одна из русских пословиц, записанная молодым Н. А. Добролюбовым в середине прошлого века в Нижегородской губернии: «С боярами знаться честно, с попами свято, а с мордвой хоть грех, да лучше всех» 39.
Неоднократные попытки православного духовенства наложить церковный запрет на повседневные связи русского крещеного крестьянства с мордвой еще не крещеной оказались безуспешными, были обречены на провал. Как доносил в Синод епископ Нижегородский и Алатырский Дмитрий, «неученые христиане (русские крестьяне.— Н. М.) при их (мордвы.— Н. М.) бесовских игралищах приходят обществом и скверным их жертвам приобщаются, пьют и едят с ними заедино»40.
Некоторые наиболее дальновидные миссионеры предлагали поощрять браки новокрещен с русскими, о чем, в частности, писал в Правительствующий Сенат 5 июня 1733 г. архиепископ Казанский и Свияжский Илларион, отмечавший, что «за русскими никого из оных (новокрещенок народов Поволжья.— Н. М.) не имеется»41. Принятие православия хотя и облегчило браки мордвы, марийцев, удмуртов, чувашей с русскими, зато еще более затруднило их с мусульманскими народами — их соседями (татарами, башкирами), ибо губернаторам и воеводам на местах не раз повелевалось «смотреть накрепко», чтоб «махометане мордву, чувашей, черемис, вотяков и протчих тому подобных иноверцев в свою веру не превращали и не обрезывали» 42.
Не удовлетворяясь данными указаниями, казанский губернатор граф Платон Мусин-Пушкин по доношению того же архиепископа Иллариона от 20 октября 1732 г., в свою очередь, настаивал перед Правительствующим Сенатом на принятии новых ограничений, направленных против распространения мусульманства. «Також запретить надлежит,— предлагал он,— чтоб магометане чувашских, черемисских, мордовских и вотяцких вдов и дочерей девок под смертною казнью в замужество за себя не брали» 43.
Мордва и чуваши, марийцы и удмурты, так или иначе приобщаясь к православию, становились ближе и между собой, и к русским, другим народам России, исповедовавшим православие. И хотя православие у поволжских народов не зашло так глубоко, чтобы идентифицироваться, отождествиться с их этническим самосознанием, как у русских (русский — православный), тем не менее было бы неверно утверждать, как это иногда делается, что будто христианизация их носила чисто формальный характер.
Однако даже система Ильминского, несмотря на явное миссионерско-русификаторское содержание, внедрялась крайне непоследовательно,- поскольку преподавание на инородческих языках казалось царским властям занятием опасным. Например, член Ученого комитета Министерства народного просвещения Георгиевский в 1867 г. утверждал, что нельзя учить инородцев на родном языке, ибо это «может послужить к пробуждению племенного самолюбия и уважения к собственному языку». На страницах «Журнала Министерства народного просвещения» при обсуждении вопроса об образовании инородцев было высказано такое суждение: «. язык — это народ: утвердите язык письменностью, дайте ему некоторую литературную обработку, изложите его грамматические правила, введите его в школу и церковь, и вы тем самым утвердите соответствующую народность, и доселе безразличную в отношении к языку массу инородцев, с явным даже влечением к усвоению русского языка, вы обратите в племя, которое будет дорожить своими особенностями и будет настаивать на своем обособлении» 52.
Как явствовало из циркуляра, направленного 23 мая 1870 г. министром народного просвещения графом Д. А. Толстым управляющему Казанским учебным округом М. Соколову, инородческие языки могли быть употребляемы в школах лишь «. по необходимости, как орудие при первоначальном обучении и развитии инородцев» 53. В свою очередь, разъясняя это положение, М. Соколов писал Н. И. Ильминскому 9 июня 1870 г., что оно не дает повода полагать, будто в инородческих школах будут учить инородческим языкам, которые не имеют ни грамматики, ни письменности, и изучение которых, в смысле изучения языка, немыслимо» 54.
Текст из Главы XIII. «Языческие верования мордвы и ее христианизация.» (Н. Ф. Мокший) Мордва: Историко-культур. очерки / Ред. кол.: В. А. Балашов (отв. ред.), В. С. Брыжинский, И. А. Ефимов; Рук. авт. коллектива академик Н. П. Макаркин.— Саранск: Мордов. кн. изд-во, 1995—624 с. — http://www.studmed.ru/balashov-va-mordva-istoriko-kulturnye-ocherki_9aafd594556.html
Терюшевское восстание 1743—1745 годов — восстание, происходившее в Терюшевской волости Нижегородского уезда Нижегородской губернии
Началом послужило выступление населения против насильственного крещения, проводимого епископом Нижегородским и Алатырским Дмитрием (Сеченовым). 18 мая 1743 года он прибыл в село Сарлей и, увидев близ церкви эрзянское кладбище с деревянными намогильными срубами, приказал сжечь его. Стихийно собравшиеся крестьяне напали на миссионеров. Епископу удалось скрыться в погребе местного священника. В письме в губернскую канцелярию он потребовал выслать воинский отряд, арестовать и отдать под следствие зачинщиков, кладбища около церквей и сёл разорить.
Спасаясь от карателей, крестьяне бежали в леса и организовывали повстанческие отряды под руководством новокрещена из села Большое Сескино Несмеяна Васильева (по прозвищу Кривой). В священной роще у села он объявил население своей волости свободным от обязанностей перед помещиками и властями. Под его руководством повстанцы нанесли поражение царским войскам у деревнь Романиха и Борцово.
В волость были направлены гренадерские и драгунские подразделения под командованием генерал-майора Стрешнева и премьер-майора Юнгера. Отряд Юнгера вступил в деревню Лапшиху. 26 ноября 1743 года началось сражение, в результате которого плохо вооруженные повстанцы были разбиты: эрзян было убито 74 человек, ранено 30, взято в плен 130 человек.
Несмеян Васильев был приговорён к сожжению, его сподвижник, бурмистр деревни Клеиха Пумрас Семёнов — к смертной казни. Императрица Елизавета Петровна указом от 15 июля 1744 года заменила смертную казнь вечной каторгой в Сибири. Жестоким наказаниям подверглись остальные руководители и повстанцы (282 человек). К середине 1745 года были подавлены последние вспышки Терюшевского восстания.
“Из Указа Синода в Нижегородскую губернскую канцелярию от 7 июля 1743 года:
“Июня 28-го дня сего года (через 753 года после “крещения Руси”) святейшему правительствующему Синоду преосвященный Дмитрий, епископ нижегородский доношением представил: по должности-де пастырской отъезжал его преосвященство из Нижняго посетить епархию свою (с небольшими дому своего служителями) майя от 16-го дня сего года и, бывши в монастыре Оранском, путешествовал в Зеленогорской монастырь надлежащим трактом через волость Терюшевскую, в которой обретается болшая половина руских старых некрещеных народов (которые, укрывая свое древнее идолопоклонство и волшебство и нехотя прийтить ко свету евангелской проповеди, называются мордвою ложно, понеже они мордвою никогда не бывали и мордовского языка не знали и не знают, а говорят так, как суздалския и ярославския мужики), и проехал мимо трех деревень того же мая 18-го дня, в которых деревнях принимали ево честно и давали проводников до руского села Сарлей, в котором остановился и для ставленников хотел совершить божественную службу и, усмотря близ святаго олтаря кладбище оных некрещеных, акы на поругание святыя церкви в христианском селе в близости церкви поставленное, на котором кладутся их, некрещеных идолаторов, мертвые тела, и приезжая из всех ближних и далных мест, таковые некрещены приносят скверные жертвы кличем и плясками, что весьма богопротивно и как правилами святых отец, так и указами запрещено, которое кладбище давно бы надлежало перенесть в их некрещеные жилища, токмо за нерадением неученых христиан (которыя вкупе со оными некрещеными людми при таковых бесовских игралищах приходя обществуют и скверным их жертвам приобщаются, пьют и ядят с ними заодно), а паче за крайнее послабление оного села Тергошева управителей грузинцов, которые ради скверного своего прибытка в той мерзости им позволяют знатно, не зная или не разсуждая разности между христианами и идолаторами.
А потом оныя же злодеи, прибегши в село Сарлей до врага, штурмовали их через три часа с немалым умножением с той воровской стороны народа, которых было с пять сот человек мужеск полу с ружьи и с рогатины и с стрелами и з дубьем, а женск пол и дети их — все с палочьем, между которыми злодеи многие такие наглецы были, что, скинув платье донага, отважились (на штурм), имея в руках болшия остроконечныя ножи и рогатины и протчия оружии.
И, хотя оные служители и того села жители от них, злодеев, сколко можно и оборонялись, но, видя такое их многолюдственное собрание и варварское нападение, его преосвященство схоронился было в церкве, но услышав от них злое намерение, что кричат и хвалятся тое церковь зажечь, а его преосвященство и служителей всех побить до смерти, убоявся, ушел из той церкви тайно в дом священнический и, сидя в погребе, готовился к нечаянной смерти…
А когда оные некрещеные прослышали приезд его преосвященства (хотя подлинно и не к ним ехал и о жилищах их, что они на тракте обретаются, не знал), то оные некрещеных волшебники, которые у них, некрещенов, за попов почитаются, собравши со всех деревень на кладбища, возмутили, что архиерей-де едет крестить насильно с солдаты и, ежели-де подлинно с солдаты, то-де сами сожжемся на овинах, а ежели без салдат — то убьем его досмерти. Того ради в первых деревнях пропущали его честно, дожидались высматривая, чтоб внутрь жилищ их въехал, и когда усмотрели, что салдат при его преосвященстве нет, таковое воровское нападение для убивства учинили…
Того ради просил его преосвященство: дабы указом Ея Императорскаго величества поведено было оной Терюшевской волости некрещенов за нанесенную ему обиду и за намерение их ко учинению впредь злодейств всех, кои похотят от злобы и упрямства своего добровольно крестятся, а не похотят — таковых вневолю крестить… богомерзкия же их идолопоклоннические в том селе Сарлей и где инде при церквах святых кладбища есть, по силе правительствующаго Сената определения, святейшему Синоду ноября 30-го дня прошлого 1742-го года объявленного… разорить и з землею сравнять и имеющияся на тех кладбищах колья и струбы и протчее, собрав, зжечь, дабы никакова знака кто где зарыт не осталось…”
29 Смирнова В. Б. Монастырское землевладение на территории Мордовии и борьба с ним крестьян в XVII—XVIII вв. //Социально-экономическое положение трудящихся Среднего Поволжья (дооктябрьский период).— Саранск, 1989.— С. 5.
30 Документы и материалы по истории Мордовской АССР.— Т. 1.— Саранск, 1940.— С. 297—300.
31 Документы и материалы по истории Мордовской АССР.— Т. 2.— Саранск, 1940.—С. 47.
32 Кузнецов С. К. Мордва.—М., 1912.— С. 53.
33 Документы и материалы по истории Мордовской АССР.— Т. 2.— С. 275.
34 Российский государственный архив древних актов. Фонд 248, опись 14, дело 805, л. 468.
35 Там же.— Л. 14 об.
36 Там же.— Л. 264—265.
37 Зевакин М. И. Кузьма Алексеев.— Саранск, 1936.— С. 27—31.
38 Там же. С. 39—44, 55—56.
39 Архив Н. А. Добролюбова. Отдел рукописей Библиотеки им. М. Е. Салтыкова-Щедрина в Санкт-Петербурге. Фонд 255, дело 4, л. 6; дело 49, л. 1; дело 55, л. 2.
40 Российский государственный архив древних актов. Фонд 248, опись 14, дело 805, л. 7 об.
41 Там же. Фонд 248, опись 14, дело 782, л. 1513 об.
42 Там же. Фонд 248, опись 14, дело 794, лл. 18 об.—19.
43 Там же. Фонд 248, опись 14, дело 794, л. 19.
51 ЦГА Республики Татарстан. Фонд 968, опись 1, дело 60, л. 1.
52 Журнал Министерства народного просвещения.—1867, № 4—6.— Ч. 134.— С. 91—92.
53 ЦГА Республики Татарстан. Фонд 968, опись 1, дело 2, л. 31.
54 Там же.
Текст из Главы XIII. «Языческие верования мордвы и ее христианизация.» (Н. Ф. Мокший)
Мордва: Историко-культур. очерки/Ред. кол.: В. А. Балашов (отв. ред.), В. С. Брыжинский, И. А. Ефимов; Рук. авт. коллектива академик Н. П. Макаркин.— Саранск: Мордов. кн. изд-во, 1995—624 с.