учение аристотеля о форме и материи кратко

15. Учение аристотеля о причинах материи и форме.

16.Философия средневековья

Истоки средневековой философии усматриваются в раннехристианском периоде. Отличительным признаком является тесная связь с теологическим учением христианства, которое с возникновением феодализма становится господствующим мировоззрением в Западной Европе. Через отношение «бог — человек» рассматриваются различные вопросы: устройство мироздания, место в нем человека, система морально-ценностных представлений. Поэтому средневековая философия носит теоцентрический характер (гр. theos — бог), а основной ее функцией становится обоснование религиозных постулатов. По мнению просвещенных кругов того времени, философия приобретает статус «служанки богословия». Но и в этих условиях осуществляется такая собственно философская функция как сомнение, т.е. установка на рационалистический анализ различных толкований вероисповедных положений с целью нахождения истины. В развитии средневековой философии выделяются два основных периода: патристика и схоластика. Патристика (лат. pater — отец) — совокупность теологических, философских, политико-социологических доктрин христианских мыслителей II-VIII вв. (т.н. отцов церкви). Схоластика (лат. scholastica — школьный, ученый) — усматривала главную роль философии в обосновании теологических догматов методами рационалистического мышления (IX-XII вв.). Противоположные позиции патристики и схоластики проявляются в споре об универсалиях — реализм, номинализм. Подоплекой, внутренней причиной этих противоречий было все более проявляющееся противостояние веры и знания. 2. Креационизм и провиденциализм Философия Средних Веков основывалась на креационизме. Креационизм мировоззрение, согласно которому весь существующий наблюдаемый нами материальный мир был сотворен (создан) нематериальным Творцом некоторое определенное время тому назад. Креационизм является противоположным эволюционизму, эволюционному мировоззрению, согласно которому наблюдаемый нами материальный мир постепенно самоусложнялся от первобытного хаоса к современному состоянию. В отличие от эволюционизма, креационизм удовлетворяет научным критериям, в частности, второму закону термодинамики.

Креационизм можно подразделить на научный и библейский. Научный креационизм основное внимание уделяет эмпирическим фактам, научным исследованиям, доказывающим сотворенность материи. Библейский креационизм большее внимание уделяет библейской картине мира и тем положениям Библии, из которых также явствует сотворенность материи.

Провиденциализм является одним из принципов средневековой философии. Провиденциализм религиозная интерпретация истории как осуществления божественного плана, промысла божия. Этот божий промысел спасительно направляет историю на достижение царства божия и недоступен человеческому пониманию. Исторический процесс при таком подходе предстает как раскрытие богочеловеческих отношений. Он характеризуется, с одной стороны, упадком, регрессом, вызванным грехопадением и отчуждением человека от Бога, а, с другой стороны, восхождением человека к Богу. Основная миссия истории понимается как спасительная, искупительная, исправительная, испытательная и назидательная. Провиденциализм неразрывно связан с эсхатологией религиозным учением о конце света, смысле и завершении земной истории, конечных судьбах человека (индивидуальная эсхатология) и человечества (универсальная эсхатология). История изображается как процесс, направляемый Богом к заранее предопределяемой цели царству Эсхатона («царству божию»). У христианских мыслителей «царство божие» представляет собой мир истинного, прекрасного и совершенного, в котором человек полностью соединится с Богом. Достижение «царства божия» это конечная цель и смысл человеческого существования.

Источник

Аристотель о материи и форме

Аристотель о материи и форме

Начало систематическим исследованиям идей материи и формы положил Аристотель, причем в его философии они имеют фундаментальное, первостепенное значение. Он же заложил основу понимания их как логических категорий, хотя и не отрефлексировал этого обстоятельства.

Субстанция вообще, полагали натуралисты, состоит из материальных элементов (первоначально). Платоники видели ее в форме. Здравый смысл, как кажется, ищет субстанцию в индивиде и в чем-то конкретном, сделанным из формы и материи одновременно. Кто же прав? По Аристотелю, правы все и никто в том смысле, что каждый из ответов, взятый отдельно, однобок и частичен, напротив, вместе они, будучи согласованы, дают истину.

3) Эта композиция материи и формы, которую Аристотель называет «synolos», [238] и есть субстанциональность, объединяющая начало материальное и начало формальное.

Указание на материю как единственную или главную причину Аристотелю представляется недостаточным для достижения провозглашенной основной цели в трех отношениях: во-первых, потому что не объясняет разнообразия вещей, во-вторых, потому что не объясняет движения (возникновения и уничтожения) и, в-третьих, потому, что не объясняет совершенства в мире.

Что понимает Аристотель под формой. Этот вопрос имеет у него не столь ясный ответ, опирающийся на множество экспликаций. Идея формы восходит к платоновой идее идеи, но форма, в отличие от платоновых идей, не имеет самостоятельного существования, она существует только в вещи.

Четыре характеристики формы являются главными:

· форма есть первая сущность или первоначало (наряду с материей). У вещи нет собственной природы, если у нее «нет видовой формы»;

· форма обеспечивает действительность вещи. Возникновение вещи из другой вещи есть наделение материи новой формой. Этот процесс имеет цель (принцип энтелехии): «последней целью является форма, а закончено то, что пришло к последней цели» (2, с.101). Это есть осуществленность в действительности, энтелехия как достижение формы-цели;

· форма есть суть бытия (сущностное определение) вещи: «суть бытия дана всякий раз в форме и действительности» (2, с.143). Следовательно, форма не совпадает с вещью в ее полноте, а «обозначает такую-то качественность в вещи и не есть как такая эта вот определенная вещь» (2, с.124).

Отсюда методологическое требование: «То, согласно чему существует что-нибудь, в первую очередь указывается форма, а на втором месте. материя каждой вещи» (2, с. 98).

Источник

Философская система Аристотеля, его учение о сущности, материи и форме, этическое учение

Аристотель формулирует свое представление о бытии, под которым понимает существование предметного мира, воспринимаемого с помощью ощущений. Этот предметный, чувственный мир является первичной реальностью, природой, которая ничем не опре­делена.

Материя есть всеобщая причина, так как без нее нет бытия, считает Аристотель. Однако она пассивна, бесформенна и явля­ется лишь материалом для того, чтобы вылиться в какую-либо форму. Материя — субстрат формы. Движущая причина (дви­жение) проходит путь от материи вообще к конкретной материи. Под материей вообще Аристотель понимает возможность бытия, «бытие как потенцию». Человек же всегда имеет дело с конкрет­ным проявлением материи, т.е. с вещью. Иначе говоря, вещи — это реальная действительность, а то, из чего они состоят (мате­рия), — это возможное, потенциальное бытие.

Форма выполняет роль признака. Благодаря ей реализуется материя и образуется конкретный предмет. Другими словами, форма предстает как сумма свойств, отличающих один предмет от другого, и является сущностью как предмета, так и бытия в целом. Благодаря форме вещь такова, какова она есть на самом деле.

Таким образом у Аристотеля, в отличие от Платона, сущность и вещь не существуют в отрыве друг от друга. Вещь существует лишь, если есть форма.

Развивая свои взгляды о бытии, Аристотель резко критикует учение Платона о существовании идей как абсолютно самостоя­тельных сущностей. По его мнению, идеи, о кото­рых говорит Платон, представляют собой лишь понятия, отра­жающие материальный мир, т.е. являются как бы копиями вещей, но не наоборот. Позиция Платона, считает Аристотель, затрудняет постижение реальной сущности вещей и не дает воз­можности понять природу изменчивости чувственно воспринима­емого мира. Сам же Аристотель полагал, что реально сущест­вующий мир постигается нашими органами чувств лишь частично, так как существует еще и сверхчувственный мир сущностей, доступный рациональному познанию.

Душа человека, как его сущность или форма тела, дает смысл и направленность жизни. Тело есть материя органического существа. Как форма господствует над материей, так, соответственно, душа над телом, разум над чувствами.

Полагая, что все живое обладает душой, Аристотель выделяет три вида души.

1) растительная душа, которая способна размножаться и осуществлять обмен ве­ществ.

2) чувственная, которая обладают способностью воспри­нимать формы с помощью ощущений.

3) разумная, прису­щая человеку, она в отличие от первых двух уже «познает и думает».

Теория познания Аристотеля строится с позиции эмпиризма, в соответствии с которым суть вещей познается с помощью ощу­щений. В отличие от Демокрита он утверждает, что мы познаем только форму, но не материальный субстрат. И хотя ощущения дают нам знание только единичного, в нем потенциально содер­жится и знание общего. Отсюда опыт есть только фундамент знания, но еще не само знание. Поэтому над опытом находится наука, которая и постигает общее. Общее оказывается первичнее и достовернее единичного. Науку Аристотель отождествлял с разумом. Разум не производит никаких ощущений. Наука доказывает свои положения логически, стремясь «мыслить бытие».

Над наукой надстраивается философия, совпадающая во многом с логикой. Знание же законов мышления (логики) Арис­тотель сопоставлял с мудростью. Он по праву считается основа­телем формальной логики, которая успешно работает уже более двух тысячелетий.

Под диалектикой Аристотель понимал средство разрешения противоречия, с которым сталкивается знание на уровне единич­ного. Сущность, по Аристотелю, не может быть противоречивой. Поэтому на уровне сущностей диалектика исчезает. Диалектика есть низший уровень логики, и связана она с движением от зна­ния единичного к знанию общего. На уровне сущности действует не диалектика, а логика (аналитика).

Аристотель является диалектиком только применительно к сфере возможности. Пока возможность не реализовалась, бытие диалектично. На уровне формы диалектики нет. Здесь надо вы­брать одну из противоположностей. Таким образом, Аристотель не признает противоречий в действительности и отрицает объек­тивную диалектику.

Значительное место в философии Аристотеля занимает чело­век и проблемы общественной жизни. Так, широкую известность получили его взгляды на человека, как на политическое (обще­ственное) животное, которому присуща инстинктивная устрем­ленность к «совместному сожительству», обусловленная «созна­нием общей пользы». Практически отождествляя государство с обществом, Аристотель рассматривает его как разросшуюся семью.

Назначение государства состоит в обеспечении счастья всем гражданам, к которым он относил только тех, кто имеет собст­венность и участвует в управлении обществом. Счастье Аристо­тель отождествлял с «хорошей жизнью». Здесь философ ведет речь только о свободных гражданах. Рабы же «по природе» предна­значены повиноваться, считал он, полагая, что система рабовла­дения справедлива.

Аристотель выделял шесть форм государства. Три из них он считал правильными: монархию, аристократию и политию и три — неправильными: тиранию, олигархию и демократию. Наи­лучшей из правильных форм государства является полития, так как она сочетает свойства умеренной демократии и личное до­стоинство олигархии, присущее благородным людям.

Эти­ческие проблемы. Именно после его трудов этика становится фактически самостоятельной философской дисциплиной. При этом, если Сократ основной принцип нравственности искал в «душе» человека, Платон — в мире божественных идей, то Аристотель выстраивал уже социальную систему моральных от­ношений и в общественных же отношениях искал основой прин­цип нравственности. В отдельном (изолированном от общества) индивиде не может проявиться нравственность, считал он, и только в обществе поведение может быть добродетельным или недобродетельным. Добродетельное поведение отличает его со­знательный характер, доброе намерение и целенаправленность прежде всего на достижение справедливости. Справедливость же понимается Аристотелем как то, что соответствует законам. Поэ­тому всякий, кто нарушает закон — несправедлив.

Источник

МАТЕРИЯ И ФОРМА. АРИСТОТЕЛЬ

Платон мне друг, но истина дороже. Аристотель

Аристотель продолжил линию преемственности, которая началась с Сократа. В отличие от Сократа и Платона он родился не в Афинах, а на севере Греции, вблизи Македонии, в городе Стагиры в 384 году до н.э. Отец его был одно время придворным врачом македонского царя. В 17-летнем возрасте Аристотель приехал в Афины и вступил в платоновскую академию. Ему суждено было стать самым известным учеником Платона и достойным продолжателем его дела. Аристотель не только усвоил систему Платона, но постепенно стал создавать собственное учение, подвергнув взгляды предшественников серьезной критике. Слова Аристотеля «Платон мне друг, но истина дороже» стали расхожим афоризмом. Даже стиль Аристотеля существенно отличался от платоновского. Если Платон создавал свои произведения в форме диалогов, то Аристотель писал философские трактаты.

Платон и Аристотель отличались не столько взглядами, сколько характером и отношением к поиску истины. Платон – вдохновенный художник и писатель, которого фантазия уносит из реального мира. Аристотель – собранный вдумчивый исследователь, который ничего вокруг не склонен оставлять без внимания и определения. Хотя в античные времена не было науки в современном понимании, Аристотель подошел к ней ближе всех и был, можно сказать, типичным ученым.

После смерти Платона Аристотель в 347 году покинул Академию и вернулся в родные края. Он был в те годы уже известным философом и поэтому неудивительно, что македонский царь Филипп пригласил его в 342 году в качестве учителя к своему 13-летнему сыну Александру, будущему знаменитому завоевателю. Аристотель, как настоящий грек, никогда не пренебрегавший общественными делами (по его определению «человек – существо политическое»), согласился. На его решение повлияло то обстоятельство, что в отличие от Платона, считавшего, что в идеальном государстве должны править философы, Аристотель полагал, что правителю самому философствовать не нужно, а достаточно прислушиваться к советам мудрецов.

В 335 году Аристотель вновь возвращается в Афины и основывает свою собственную школу возле храма Аполлона Ликейского, по которому близлежащая местность называлась Ликеем (от греческого слова «волк», так как бог Аполлон почитался в виде волка). От аристотелева ликея получило имя учебное заведение – лицей.

1 Лосев А.Ф., Тахо-ГодиА.А. Аристотель. М.,1982, с.155.

2 Там же, с.175.

3 Там же.
«Там же, с.104.

5 Этика Аристотеля. М.,1908, с.28.

Учил Аристотель во время прогулок в саду, отчего его последователей звали перипатетиками (греч. «peripateo» – гулять), тогда как учеников Платона – академиками.

МАТЕРИЯ И ФОРМА

Аристотель не отрицал существования идей, но, во многом отойдя от своего учителя Платона, считал, что находятся они внутри отдельных вещей как принцип и метод, закон их становления, энергия, фигура, цель. Понятая так «идея» была названа впоследствии латинским словом «форма». В противоположность Демокриту, Платон говорил о бесформенности вещества, а Аристотель, синтезировав оба эти представления, рассматривал идею как оформляющую пассивную материю. Материя – это то, из чего все рождается, и имеет тот же корень, что и слово «мать». Понятие «материи» имеет в русском языке и бытовой смысл: материя как ткань. Еще одно однокоренное слово, употребляемое в том же значении – материал. «Под материей же я разумею, на-

1 Лосев А.Ф., Тахо-ГодиА.А. Аристотель. М.,1982, с.176.

2 Там же, с.195.

Форма и материя – простые сущности, из которых возникают все вещи. Один и тот же предмет чувственного мира может рассматриваться и как материя, и как форма. Медь – материя по отношению к шару, который из нее отливается, но она же форма по отношению к тем элементам, соединением которых является вещество медь. Форма есть действительность того, возможностью чего является материя. Аристотелево деление на форму и материю можно проиллюстрировать генетикой. Наследственный аппарат выступает в качестве формы, но формы материальной. Противоположность формы и материи тем самым преодолевается.

Развивая взгляды своих предшественников на элементы, из которых состоит мир, Аристотель выделяет в качестве основы перво-материю. Она наделена двумя парами противоположных качеств: теплое и холодное, сухое и влажное. Комбинации этих свойств дают четыре стихии: огонь, воздух, воду и землю. Каждое тело образуется из этих стихий, которые могут трансформироваться одна в другую (вода в пар и т.д.). К четырем стихиям Аристотель добавляет квинтэссенцию – божественный эфир, из которого состоят вечные тела – звезды и небо.

Природа находится в вечном движении и изменении, она всегда существовала и будет существовать. Аристотель различал формы движения по сущности (возникновение и уничтожение), по качеству (превращение), по количеству (увеличение и уменьшение) и по положению (перемещение). Каждое явление природы содержит в себе, по Аристотелю, изначальную внутреннюю цель своего развития. В растении актуализируется возможность, заключенная в семени, так же как в скульптуре – возможность, заключенная в мраморе. Последовательное проведение телеодогического взгляда привело Аристотеля к утверждению, что форма предшествует материи, как план постройки предшествует зданию.

Понятия движения, развития, цели имели большое значение в

2 Там же, с.301.

Если, по Платону, материя без идеи «не сущее», то, по Аристотелю, также не может существовать и форма без принадлежащей к ней материи. Отношение материи и формы Аристотель уподобляет отношению мрамора и статуи, и это сравнение не случайно, поскольку Аристотель весь мир рассматривал как произведение искусства (недаром космос для древних греков – лад, гармония, порядок и даже красота).

Платон воспринял слова Сократа о значении, которое для познания бытия имеют понятия, и шел от «идей», как первообразов мира через явления чувственного мира, в которых эти «идеи», как истинные формы бытия, представлены в искаженном виде, к понятиям, схватывающим сущность явлений – их тождественную и неизменную основу. Считая, что познание направлено на неизменную сущность вещей, а основные свойства предметов раскры-

2 Там же, с.104—105.

ваются в понятиях о них, Платон сделал вывод, что понятия – не только наши мысли о бытии, но существуют сами по себе, самобытно и, безусловно, независимо от чувственного мира. Против этого и выступил Аристотель.

КРИТИКА ПЛАТОНА

Он указал, что предпосылкой «теории идей» было принятие Платоном гераклитовского учения и стремление найти вечно пребывающие предметы, которые были бы способны стать объектами знания, поскольку «о вещах текучих знания не бывает». Критика Аристотеля сводится к четырем основным пунктам:

1. В идеях не может быть ничего, чего не было бы в чувственных
вещах, поэтому они бесполезны с точки зрения знания.

2. Мир идей бесполезен и для чувственно существующих
вещей, поскольку полностью обособлен от них. Чтобы иметь
значение для чувственных вещей, мир идей должен существо
вать внутри области чувственных вещей. Объяснение, что вещи
«участвуют» в идеях – лишь метафора, не дающая никакого осно
вания для отношений между ними.

3. Логическое отношение между идеями есть отношение общих
идей к идеям частным. Тогда получается, что одна и та же идея мо
жет быть по отношению к подчиненной ей частной идее более об
щей, отображаясь в этой частной идее как ge субстанция и в то же
время более общая сравнительно с ней идея есть субстанция для
нее.

Так как чувственный мир – отображение мира идей, то между каждой отдельной вещью и ее «идеей» должно существовать нечто сходное и общее для них обоих. Если по отношению к миру чувственных вещей необходимо допустить отделенный от него и самобытный мир идей, то точно также по отношению к тому общему, что имеется между чувственным миром и миром идей должен быть допущен – в качестве вполне самостоятельного – еще один мир идей. И так далее до бесконечности.

4. Если идеи образуют отдельный замкнутый мир сущностей,
они не объясняют причину непрерывно происходящего в чувст
венном мире изменения и движения.

Аристотель отмечал, что основная причина трудностей, с которыми столкнулся Платон – в абсолютном обособлении общего от единичного и противопоставлении их друг другу. Согласно Арис-

тотелю, единичное – это чувственно воспринимаемая вещь, которая существует только «где-либо» и «теперь». Общее – это то, что существует в любом месте и в любое время («повсюду» и «всегда»), проявляясь при определенных условиях в единичном. Подобно Платону, Аристотель полагал предметом познания общее, но утверждал, что поскольку общее существует только в единичном, оно познается через чувственно воспринимаемое единичное, раскрываясь для мысли, направленной на единичные вещи чувственного мира.

1 Аристотель. Метафизика. – Соч. в4-х т. М.,1976, т.1,с.181.

2 Там же, с.87—88.

3 Там же, с.70.

4 Там же, с.102.

Обосновав важное значение причин и определив мудрость как «науку о первых причинах», Аристотель с полным правом может считаться родоначальником науки как таковой. Наука становится возможной тогда, когда идея и материя рассматриваются как соединенные вместе и идея познается через исследование материи как ее истина. Утверждая, что «знание о чем бы то ни было есть знание общего», Аристотель дает тем самым определение научного знания.

Аристотель систематизировал и приблизил к реальности учение Платона. Три величайших философа античности – Сократ, Платон и Аристотель – становятся в один ряд, олицетворяя торжество преемственности. Различия между Платоном и Аристотелем напоминают различия между индийской и китайской философией. Истина индийской философии, как и «мир идей» Платона, находятся по ту сторону чувственного мира, истина китайской философии – в этом мире, как в вещи Аристотеля неразрывно слиты идея и действительность. Философия Платона ориентирована на мир мысли, идеалов. Это нормативная философия, антитезис по отношению к материалистической философии Гераклита. Философия Аристотеля ориентирована на мир реальный, действительный. Это синтез материалистических и идеалистических представлений.

ЛОГИКА

1 Аристотель. Метафизика // Соч. в4-х т. М., т.1, с.103.

2 Там же, с.125.

Аристотель отбросил предпосылку Платона о предсуществова-нии души в мире идей, и разум человека для него – продукт развития. Не возникает только начало всякого движения – Ум. Душа, по Аристотелю, принадлежит ко всеобщему ряду развития форм жизни. Поэтому Аристотель определяет строение души, исходя из известной эволюции жизни на Земле, а не из мифологически-религиозных соображений, как Платон. Растительная часть души общая для растений, животных и человека; страстная – присуща животным и человеку; разумная – только человеку.

Отрицая врожденное знание, которое душа обретает в мире идей, и тем самым открыв путь к знанию в современном научном смысле слова, Аристотель столкнулся со значительными трудностями. «Если помимо единичных вещей ничего не существует, то, надо полагать, нет ничего, что постигалось бы умом, а все воспринимаемо чувствами, и нет знания ни о чем, если только подразумевать под знанием чувственное восприятие. Далее, в таком случае не было бы ничего вечного и неподвижного (ибо все чувственно воспринимаемое преходяще и находится в движении). Но если нет

1 Аристотель. Метафизика. – Соч. в4-х т. М.,1976, т.1, с.129.

2 Там же, с.127.

3 Вундт В. Введение в философию. СПб.,1903, с.80.

Ограничивая гераклитовскую диалектику и заземляя платоновские «идеи», Аристотель призывает изучать чувственный мир, а это и есть задача науки. Для того, чтобы научное познание стало возможным, Аристотель формулирует две предпосылки: 1) имеется неизменная сущность вещей; 2) началом познания служат недоказу-мые определения. «А определение основывается на необходимости того, чтобы сказанное им что-то значило, ибо определением будет

1 Аристотель. Метафизика. – Соч. в4-х т. М.,1976, т.1, с.109—110.

2 Там же, с.110.
3 Там же, с.137.

4 Там же.

5 Аристотель. Метафизика. – Соч. в4-х т. М.,1976, т.1, с.137.

В споре Аристотеля с последователями Гераклита проступает неопределенность формулировок. Когда Аристотель говорит, что сущее есть, он имеет в виду вообще существующее сущее как универсум; когда же последователи гераклитовой диалектики утверждают, что сущее и существует и не существует они понимают под сущим данный мгновенный срез реальности во всем многообразии его качественной определенности, сущее как явление. В дальнейшем новоевропейская философия сделает многое для того, чтобы уточнить античную теорию познания.

ЭТИКА

Основываясь на изучении действительности как таковой, Аристотель проводил эту линию и в область этики. У Платона добродетель зиждется на первоначальных свойствах души, которые возникают из отношения души к миру идей. Идеал добродетели мыслился Платоном в виде нормы, лежащей вне реального человека. Аристотель, исходя из единства формы и материи,

* Аристотель. Метафизика. – Соч. в4-х т. М.,1976, т.1,с.142—143. 2 Там же, с.170. 3 Там же, с.140.

рассматривает добродетель как приобретенную душой в процессе воспитания.

Справедливо считающийся основателем многих наук, Аристотель сформулировал и основные положения этики как учения о добродетелях. Ему принадлежит само название этой науки (от слова «этос» – обычай, нрав, характер, образ мыслей) и первый трактат по этике – «Этика Никомахова», обращенный к его сыну Никомаху.

1 Этика Аристотеля. СПб.,1908, с.3.

2 Там же, с.3—4.
3 Там же, с.12.

4 Там же, с.118.

5 Аристотель. Этика Никомахова.1101,10—15.

6 Этика Аристотеля. СПб.,1908, с.17.

Проанализировав неудачу Платона с устройством идеального государства и свой собственный педагогический опыт, Аристотель пришел к выводу о необходимости воспитания нравственности с раннего возраста путем накопления нужных привычек. Наука дает знания, отличающие истину от заблуждения, нравственность дает ценности, различающие добро и зло. Знания приобретаются в процессе обучения, но чтобы стать нравственной силой и деятельным началом, они должны сжиться с человеком, войти в его плоть и кровь, способствовать созданию определенной расположенности души, накоплению соответствующего опыта, переживанию и привычкам.

Аристотель поясняет свою точку зрения следующим образом:

1 Этика Аристотеля. СПб.,1908, с.47.

2 Там же.

3 Там же, с.48.

4 Аристотель. Этика Никомахова.1103, а20—25.

зерно – знания, почва – внутренняя склонность человека, его желания. И то, и другое необходимо для получения урожая. Давая общую картину становления добродетели, Аристотель подчеркивал, что нет неизменных правил, применение которых гарантирует похвальное поведение. Наличие в человеке определенных добродетелей заменяет правила. Внутренними механизмами, свидетельствующими о добродетельности поступков, являются стыд и совесть.

Хотя Аристотель и соотносит добродетель с чувствами человека, главенствующие добродетели для него, в соответствии с основной античной традицией, – мудрость, рассудительность, здравый смысл. Эти добродетели имеют безусловную цену, так как не зависят от частных житейских обстоятельств.

1 Этика Аристотеля. СПб.,1908, с.110

2 Там же, с.113.

3 Аристотель. Большая этика.1197, а30—35.

Аристотель выделяет 11 этических добродетелей: мужество, умеренность, щедрость, великолепие, великодушие, честолюбие, ровность, правдивость, любезность, дружелюбие, справедливость. Последняя – самая необходимая для совместной жизни.

Нравственный человек, по Аристотелю, тот, кто руководствуется разумом, сопряженным с добродетелью. Аристотель принимает платоновский идеал созерцания, но ведет к нему деятельность, поскольку человек рожден не только для умопостижения, но и для действия.

1 Аристотель. Этика Никомахова.1103, а20—25.

2 Этика Никомахова. И09, а15—20.

3 Этика Аристотеля. СПб.,1908, с.25.

4 Там же, с.31.

Для Платона человек – несовершенный бог, для Аристотеля бог – это совершенный человек. Поэтому мера всех вещей и истины для Аристотеля – совершенный нравственный человек.

Аристотель жил в патриархальном рабовладельческом обществе. Раб у него не входит в сферу морали. Женщина для Аристотеля – существо «второго сорта». Лучшие из добродетелей – мудрость, мужество – недоступны ей. При всем своем универсальном характере, этика Аристотеля несет на себе отпечаток эпохи.

Для Аристотеля, в отличие от Сократа и Платона, этика не была главной дисциплиной, хотя он написал 1-й учебник «Этики», и это свидетельствует о пессимизме и неверии в достижение идеального состояния общества. Создав развернутую классификацию добродетелей и концепцию воспитания, Аристотель в основном продолжил этику Платона, хотя и подверг критике, порой ценной и глубокой, отдельные ее положения.

Подводя итог деятельности Аристотеля, можно сказать, что если Сократ заложил формальные основы философии, Платон обосновал ее объективный характер и наличие этического идеала, то Аристотель завершил создание философии как дисциплины с четко обозначенным реальным предметом исследования.

ЭПИКУР

1 Этика Аристотеля. СПб.,1908, с.15.

Философом, вступившим с ним в бой, был Эпикур, один из последних в плеяде греческих мудрецов, которым эта дисциплина обязана своим возникновением и расцветом. Эпикур родился на о. Самосе, по-видимому, в 341 г. до н.э. и хотя, будучи на военной службе в Афинах, по некоторым данным, слушал лекции Аристотеля, учеником его не стал. Так прервалась линия преемственности и передачи знания от лица к лицу, которая шла от Сократа, и это совпало с гибелью, питавшей философию живительными соками греческой демократии, которая была разгромлена воспитанником Аристотеля Александром Македонским.

Интересуясь с детства тем, чем пристало интересоваться философам, Эпикур в 12 лет озадачил школьного учителя вопросом о происхождении Хаоса, из которого образуется Космос. Философией, как он сам говорил, Эпикур начал заниматься с 14-летнего возраста. После окончания военной службы много странствовал, начав учить философии, а в 306 году до н.э. основал в Афинах свою школу в приобретенном для этой цели саду, на воротах которого начертал надпись: «Гость, тебе будет здесь хорошо, здесь удовольствие – высшее благо». При входе посетителя ждали кувшин с водой и лепешка.

Школа получила название «Сад Эпикура». Все члены общины были связаны узами теснейшей дружбы и взаимной симпатии. На равных правах в нее входили женщины и рабы, чего не могло быть у Платона и Аристотеля. Эпикур основал общество друзей-единомышленников и оно просуществовало 600 лет.

Философия Эпикура основывалась на атомизме Демокрита и гедонистическом учении киренаиков. Для атомистов Вселенная вечна и бесконечна и кроме нее ничего нет. Все вещи состоят из мельчайших частиц – неделимых и неизменных атомов, и из них слагается мир, как из букв – комедии и трагедии. Буквы – атомы, драматические произведения – наш мир.

В отличие от Демокрита, Эпикур считал, что атомы различаются не только по величине и форме, но и по весу (у Демокрита атомы невесомы). По Левкиппу и Демокриту, причиной неделимости ато-

1 Лукреций Кар. О природе вещей. М.,1947, т.2, с.497.

1 Материалисты Древней Греции. М.,1955, с.72.

2 Там же, с.212.

3 Материалисты Древней Греции. М.,1955, с.226.

4 Антология мировой философии в4-х т. М.,1969, т.1, с.360.

5 Там же.

1 Рассел. Б. История западной философии. М..1959, с.263.

2 Материалисты Древней Греции. М.,1955, с.220.

3 Лукреций Кар. О природе вешей. М.,1947, т.2, с.603.

4 Там же, с.623.

При оценке удовольствия Эпикур отказался от критерия интенсивности и предпочел в качестве такового – длительность. При этом критерии душевные удовольствия и страдания оказываются большими, чем телесные, так как связаны с прошлым и будущим. Значит, именно к душевным удовольствиям следует стремиться, а душевных страданий избегать, побеждая их. Должно вырабатывать в себе нравственную стойкость в перенесении страданий, которые от нас не зависят, противопоставляя им ясность и силу мысли.

К душевным удовольствиям Эпикур относил знания и дружбу, и, стало быть, термин «эпикуреец», которым мы называем человека, любящего вкусно поесть, понежиться в постели, больше относится к киренаикам, чем к Эпикуру. Лишь поскольку учение Эпикура приобрело большую известность, именно слово «эпикуреец» дошло до нас.

Для Эпикура, как и для киренаиков, чувства – источник счастья. Критерий счастья для киренаиков и Эпикура – чувство приятного, но уже киренаики говорили о разумном наслаждении, а Эпикур наполняет принцип удовольствия нравственным содержанием. Первое практическое правило для сохранение состояния удовольствия – умеренное пользование дарами жизни, предпочтение духовных удовольствий чувственным. Если для киренаиков высшим благом было мгновенное телесное наслаждение, то для Эпикура – длительное отсутствие страданий. Через устранение телесных страданий и душевных тревог человек приходит к здоровью тела и безмятежности души, что является целью счастливой жизни. Если для Сократа и Платона «философствовать – значит учиться умирать», то для Эпикура философствовать – значит учиться жить.

Для понимания учения Эпикура важно знать, что смолоду он страдал тяжелейшим и неизлечимым недугом, причинявшим ему

1 Материалисты Древней Греции. М.,1955, с.233.

2 Эпикур. К Менелаю.

такие муки, что во время приступов он терял сознание от боли. Может поэтому избегание страданий он и считал высшим благом. Собственная болезнь обращала его к физическому в человеке.

Эпикур изучал пределы страданий и наслаждений. Исследовал он чувства безопасности и страха, и это понятно, поскольку перед его глазами были судьбы философов, да и вообще в Греции, в период македонского давления, жить становилось все труднее.

Принципом свободы воли Эпикур обосновал возможность независимости человека от общественных связей. Мы видели, как активно пытались воздействовать на окружающих киники, как пытался воплотить в жизнь свой идеал государства Платон. Ник чему подобному не стремился Эпикур, и это связано с упадком общественной жизни и философии в это время. Его лозунг: «живи незаметно». И хотя Эпикур основал свою собственную школу, она напоминала замкнутую пифагорейскую общину, а не платоновскую академию.

Умер Эпикур в 271 году. Спустя 2 столетия на мраморной стеле были высечены слова, выразившие суть его этики.

«Нечего бояться богов, Нечего бояться смерти. Можно переносить страдания. Можно достичь счастья».

Нарушилась нормальная размеренная трудовая жизнь греческих городов, поэтому теперь проблемы страдания и наслаждения вышли на первый план. Эпикур жил в то время, когда независимая

1 Лукреции Кар. О природе вещей. М.,1947, т.2, с.599.

республика погибла, и он не считает юридические законы справедливыми. Жить надо не по законам общества, а по природе. Справедливость относительна и зависит от обстоятельств. Этот вывод подсказала Эпикуру сложная судьба древнегреческих городов. Государство для Эпикура уже не «общее достояние», а необходимое зло. Кто желает сохранить душевный покой, должен жить в уединении. Вместо участия в общественных делах на первый план выходит личная дружба. Эпикур пишет: «В наших ограниченных обстоятельствах дружба надежней всего». Дружбу, в отличие от своих предшественников киников, высоко ценили и стоики.

С годами последователи Эпикура все дальше отходили от сути его учения. Они помнили, что основа счастливой жизни – наслаждение, а о том, что подлинное наслаждение, по Эпикуру, заключается в здоровье тела и безмятежности души, забывали. Неудивительно поэтому, что слово «эпикуреец» приобрело в истории и дошло до наших дней с негативным оттенком.

СТОИЦИЗМ

Основателем стоицизма был Зенон из Кития, греческого города на Кипре. Нескладный, слабосильный, с кривой шеей, попав в Афины, он пришел в восторг, прочитав в книжной лавке «Воспоминания о Сократе» Ксенофонта, и спросил у продавца, где можно найти подобных людей. Мимо лавки как раз проходил киник Кра-тет, ученик Диогена. «Вот за ним и ступай», – посоветовал продавец. Зенон стал учеником Кратета, а затем сам стал учить, прохаживаясь взад и вперед по портику, который назывался Расписной Стоей, почему его ученики и получили название стоиков.

Стоики говорили, что философия похожа на фруктовый сад, где логика является оградой, физика – деревьями, а этика – плодами. По их представлениям, вначале существовал только огонь (так считал и Гераклит), затем появились другие первоэлементы (воздух, вода и земля), а из них произошла Вселенная. Но рано или поздно свершится космический пожар, и все снова превратится в огонь. Это не конец, а завершение цикла: процесс же будет продолжаться вечно. Все, что случается, случалось и раньше и случится снова – и не однажды, а бесчисленное количество раз.

В мире два начала: страдательное – вещество, и деятельное – бог, представляющий собой неотделимое от вещества дыхание. Бог (он

же Ум, Судьба, Зевс) наполняет собой весь мир, как мед наполняет пчелиные соты. Бог – душа мира, и в каждом из нас содержится частица божественного огня.

Душа человека должна быть замкнута в себе, чтобы телесные страдания не сопровождались душевными. Человек должен поступать в соответствии с волей богов и проникаться внутренней силой и стойкостью от сознания этого. Важна не жизнь как таковая, а ее нравственное содержание. Зенон любил повторять: «не в силе добро, а в добре сила».

В мире все предопределено, но лучше, по своей воле действовать в согласии с природой, в то время как дурных людей можно сравнить с собакой, привязанной к тележке и вынужденной идти туда, куда она едет. Эпикур, как и Аристотель, доказывал наличие свободы воли у человека. У стоиков – строгая необходимость поступков.

Природа для стоиков – закон, разум (как космос не просто все, находящееся за пределами Земли, а разумно и гармонично устроенный мир). Жить по природе означает стремиться к добродетели, которая достигается таким усовершенствованием человеческого разума, при котором он становится тождественен природному закону, а жизнь человека, вследствие этого, становится согласной как с идеальной природой, так и с природой вообще. Это и есть обретение назначения человека, ведущее к счастливой жизни.

Действие, согласное с природой, Зенон называл надлежащим. Надлежащие поступки – чтить родителей, братьев, отечество, любить друзей. Стоики, стало быть, отошли от презрения своих предшественников киников к внешнему миру.

Стоики, как и киники, считали, что добродетели достаточно для

1 Рассел Б. История западной философии. М.,1959, с.274.

2 Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. М.,1986,
с.284.

счастья, но, с их точки зрения, состояние внутренней свободы не является полным безразличием к внешнему, а связано с признанием его относительной ценности или отсутствия таковой. Богатство, славу, здоровье, силу и т.п. стоики относили к предпочтительному безразличному, как имеющее ценность для жизни, и таким образом отходили от аскетизма киников.

УДОВОЛЬСТВИЯ И СТРАДАНИЯ

В то же время, вопреки Аристотелю, стоики считали, что истинное назначение разума состоит не в том, чтобы находить «золотую середину» между противоположными чувствами, но в освобождении от страстей. Страсть, по Зенону, есть неразумное и несогласное с природой движение души или же избыточное побуждение. Четыре основных вида страстей – желание, страх, наслаждение, скорбь. Ключевые слова для стоиков: апатия – идеальное состояние души, не подверженной страстям, и автаркия – самостоятельность, независимость от чужого и умение довольствоваться своим.

Пожалуй, учение стоиков дошло до нас в наиболее точном виде. Это свидетельствует о том, что оно подходило к условиям жизни в различные периоды истории. Следовать ему трудно, но идеал остался в памяти человечества, как помним мы имена героев (любимым персонажем стоиков был Геракл). Это модель поведения, когда потеряна власть над внешними обстоятельствами. Но когда человек ее имел?

Гегесий понял, что телесные наслаждения не могут победить страдания. Уже у него на первое место выходит проблема страдания. Эпикур считал наслаждением отсутствие страданий. Для киников добродетель – в избегании наслаждений, для стоиков – в стойком перенесении страданий. Проблема осталась, но в течение 100 лет изменился ее знак с плюса на минус. И на роль идеала вышли безмятежность и апатия. Главным стало не то, как достичь или уберечься от наслаждений, а как избавиться от страданий и нужно ли это. По Эпикуру – да, по стоикам – нет, хотя умение терпеть – это тоже в какой-то мере избавление. Эпикур считал, что надо понять, что страхи напрасны, пересиливать боль духовными наслаждениями. Способ стоиков: закалить человека, заставить его смотреть опасностям в лицо. То, что сохранились именно эти два моральных учения, свидетельствует о том, что предотвращение страданий важнее погони за наслаждениями.

Общее у эпикурейцев и стоиков определялось спецификой общественной жизни той поры. Безмятежность (атараксия) Эпикура сродни бесстрастию (апатии) стоиков. Как преодолеть страдание? Избавиться от него, нейтрализовав или вытерпев. В этом Эпикур и стоики были едины. Два пути избегнуть страдания – умственное удовольствие и добродетель. Но если признать, что добродетель приносит удовольствие, то точки зрения сближаются.

Еще момент сходства – убежденность, что человек может быть счастлив вне зависимости от внешних обстоятельств. По Эпикуру, для этого надо отвернуться от мира, по мнению стоиков, – покориться судьбе. Мы ничего не можем сделать с внешними обстоя-

1 Марк Аврелии. Размышления. Л.,1985, с.9.

тельствами, но внутренне все зависит от нас: и добродетель (у стоиков), и удовольствие (у Эпикура). Конечно, эта точка зрения крайне индивидуалистична.

В эпоху гибели древнегреческого государства-полиса наиболее умные люди начали понимать неизбежность происходящего. Для философа было два пути: удалиться от общественных дел, как Эпикур (единственное благо по отношению к миру, говорил он, быть свободным от мира) или, наоборот, несмотря на неминуемое поражение, бороться, к чему были готовы стоики, утверждавшие, что человек не может быть лишен добродетели в силу внешних причин и в любом случае должен сохранять ее. Если киники демонстрировали стойкость по отношению к природным условиям жизни, то стоики делали то же по отношению к социальным условиям.

СКЕПТИКИ

В древнегреческой философии всегда был силен скептический момент. Сократ говорил: «я знаю, что я ничего не знаю» и считал, что человеку не познать окружающий его мир, а все, что он может и должен – это познать самого себя. Слова Сократа кажутся странными. Вот стол, и я знаю, что это стол, а не стул или что-либо еще. Но стол – это предмет, который мы воспринимаем нашими органами чувств. А наука утверждает, что на более глубоком уровне рассмотрения это совокупность атомов, полей, быть может, кварков. А на самом глубоком сущностном уровне? Тут и возникает философская проблема, осложняющаяся языковой. В греческом языке

1 Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. М.,1986, с.354.

несколько слов, обозначающих знание. В данном случае имеется в виду не знание как мнение, а знание конечных причин, абсолютное знание.

Главный аргумент античных скептиков в том, что существуют разные точки зрения по различным вопросам, а какая из них истинна, определить невозможно. Скептики отрицали возможность доказать предпочтительность одного мнения другому и воздерживались от суждений. Их девиз: «ничего не определять, ни с чем не соглашаться».

Источник