убытки потерпевшего на адвоката по административному делу судебная практика
Расходы на представителя в рамках дел об административных правонарушениях
На просторах Интернета можно найти множество популярных статей в стиле «сам себе адвокат» и «плюсы и минусы взыскания расходов на юристов в самостоятельном процессе как убытков или в том же самом процессе как судебных расходов».
При обосновании такой альтернативы практически всегда следует прослеживается следующая логика.
Судебные расходы оцениваются судами как особый вид убытков, для которого установлен специфический процессуальный порядок взыскания (гл. 9 АПК РФ). Статья 110 АПК РФ о судебных расходах является специальным случаем статьи 15 ГК РФ об убытках. Как между юристами говорится, lex specialis derogat legi generali, поэтому суды не ссылаются при взыскании судебных издержек статью 15 ГК РФ.
Далее обычно отмечается, что если по какой-либо (любой) причине судебные расходы не могут быть взысканы в соответствии с гл. 9 АПК РФ, то можно применить общие положения об убытках, инициировав отдельный процесс.
Для придания весомости такой логике, как правило, приводятся примеры из практики Конституционного суда РФ. Например, цитируется определение от 29.09.2011 №1150-О-О, где сказано, что отсутствие в процессуальном законе нормы, регулирующей возмещение судебных расходов лица, чьё право нарушено, не означает, что такие расходы не могут быть возмещены в порядке ст. 15 ГК РФ.
Опытные коллеги, наверное, могут посоветовать в духе профессора Преображенского не читать до обеда советских газет, а читать АПК РФ и судебную практику.
Я так и делаю. При чтении судебной практики о взыскании судебных расходов в рамках дел об административных правонарушениях заметила интересную тенденцию: есть судебные акты, в которых судебные расходы заявляются как убытки и суды удовлетворяют такие иски. И, напротив, есть судебные акты, где также судебные расходы заявлены как убытки, однако суды отказывают и говорят, что нужно было обращаться с заявлением о распределении судебных расходов.
Поскольку у меня лично не было дел о взыскании судебных расходов при рассмотрении административных дел, то решила хотя бы в теории разобраться, почему суды то благосклонны к заявителям, то отказывают во взыскании, утверждая, что требование заявлено неверное.
Судебные расходы как убытки?
В пункте 8 части 1 статьи 148 АПК РФ сказано, что основанием для оставления искового заявления является заявление требования искового требования о взыскании судебных расходов, которое подлежит рассмотрению в соответствии со статьей 112 АПК РФ.
Суды так и делают. К примеру, в середине марта 2019 года судья Елена Зарубина отказалась передавать на рассмотрение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ жалобу компании на отказ судов взыскать убытки в виде расходов на проведение социологического исследования по делу о защите исключительных прав на товарные знаки, поскольку судами было установлено, что заявленные истцом расходы по своей правовой природе являются судебными расходами, понесенными стороной в связи с рассмотрением иного дела.
Уместным будет процитировать Конституционный суд, который в своем совсем свежем определении от 25.10.2018 № 2682-О подчеркивает:
Положение пункта 8 части 1 статьи 148 АПК Российской Федерации, предоставляющее арбитражному суду полномочие оставить без рассмотрения исковое заявление о взыскании судебных расходов, поданное с нарушением установленного порядка разрешения вопросов о судебных расходах, препятствует тем самым злоупотреблению лицами, участвующими в деле, своими процессуальными правами и само по себе не может рассматриваться как нарушающее конституционные права этих лиц.
Состав расходов на представителя в делах об административном правонарушении
А теперь переходим к нашей задачке со звездочкой: расходы на представителей по делу об административном правонарушении должны взыскиваться как убытки или как судебные расходы, если суд отменил постановление о привлечении к административной ответственности?
Ввести в замешательство может ст. 24.7 КоАП. В этой статье юридические услуги не относятся к издержкам по делу об административном правонарушении. Поэтому требование о возмещении расходов на оплату услуг защитника не может быть заявлено в процессуальном порядке при рассмотрении дела об административном правонарушении. Об этом высказался также ВС РФ в пункте 26 постановления Пленума от 24.03.2005 № 5.
Именно эта формулировка дает все основания говорить, что расходы на представителя на досудебной стадии долджны взыскиваться как убытки, о чем подробнее можно почитать, например, по этой ссылке.
Однако даже если юрист один и тот же при рассмотрении дела об административном правонарушении в административном органе и в суде, то для целей компенсации расходов с административного органа не следует пытаться взыскать судебные расходы на досудебном и судебном этапе одновременно. В противном случае суд откажет во взыскании той или иной части:
Во-первых, необходимо заявлять самостоятельное требование о взыскании убытков в виде расходов, которые понесены на защиту прав в административном органе. Обратите внимание, допустим, на определение Верховного Суда РФ от 18.01.2019 № 304-ЭС18-23388 по делу № А27-403/2018.
Во-вторых, необходимо заявлять как судебные расходы все те расходы, которые связаны с непосредственным рассмотрением дела в суде, иначе иск об убытках оставят без рассмотрения в арбитражном процессе на основании п.8 ч.1 ст.148 АПК РФ.
Примеров таких несчастных случаев, когда иск об убытках был оставлен без рассмотрения, достаточно много: определение Верховного Суда РФ от 25.03.2016 по делу № 303-ЭС16-1193 по делу А59-489/2015; определение Верховного Суда РФ от 17.03.2016 № 303-АД16-1054 по делу № А59-494/2015; определение Верховного Суда РФ от 01.09.2014 № 309-ЭС14-925 по делу № А60-44253/2012.
В гражданском процессе могут не прекратить дело, а отказать в удовлетворении требований о взыскании расходов на юриста как убытков, если по факту это судебные расходы, см. например, пункт 17 Обзора судебной практики Приморского краевого суда за второе полугодие 2013 года (утв. президиумом Приморского краевого суда 21.02.2014).
Согласна, совет кажется противоречащим принципу процессуальной экономии. Зачем два заявления (тем более, если расходы на представителя, к примеру, в деле о нарушении ПДД, копеечные)?
Но что поделать, логику процесса задает законодательство. Если нет желания затягивать со взсканием расходов с государства за необоснованное привлечение к административной ответственности или вернуть только часть расходов, придется их делить. Заранее целесообразно подумать также и о том, чтобы первичные документы, которые будут потом представлены в качестве доказательств (договоры, акты и т.п.), тоже были оформлены отдельно для досудебного и судебного этапов.
А Вам удавалось взыскать и досудебные, и судебные расходы на представителя в деле об административном правонарушении в одном заявлении, допустим, как убытки? Заранее спасибо за ссылку на номер дела.
ВС разъяснил взыскание расходов на оплату услуг защитника в административном судопроизводстве
7 сентября Верховный Суд РФ вынес Определение № 25-КГ21-11-К4 по спору о возмещении убытков в виде расходов на оплату услуг защитника по делу об административном правонарушении.
Привлечение к административной ответственности
18 сентября 2019 г. территориальным органом Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Астраханской области в отношении гинеколога Валентины Букреевой был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 19.20 КоАП РФ. Согласно протоколу, Валентина Букреева осуществляла медицинскую деятельность якобы с нарушением лицензионных требований, а именно нарушила порядок оказания медицинской помощи пациентке В., что способствовало риску возникновения осложнений и привело к причинению вреда жизни и здоровью.
1 октября 2019 г. Валентина Букреева заключила соглашение об оказании юридической помощи в административном судопроизводстве с адвокатом и произвела оплату услуг в размере 25 тыс. руб.
В результате судебного разбирательства 28 ноября 2019 г. постановлением мирового судьи судебного участка № 1 Ленинского района г. Астрахани производство по делу об административном правонарушении в отношении Валентины Букреевой прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП в связи с отсутствием состава административного правонарушения.
Суды отказали в возмещении расходов
В апреле 2020 г. Валентина Букреева обратилась в суд с иском к Минфину России в лице Управления Федерального казначейства по Астраханской области и к территориальному органу Росздравнадзора по Астраханской области о возмещении убытков в виде расходов на оплату услуг защитника.
Решением Ленинского районного суда г. Астрахани в удовлетворении исковых требований было отказано. Первая инстанция сослалась на то, что действия должностного лица Росздравнадзора в процессе производства по делу об административном правонарушении в отношении истца в установленном порядке не были признаны незаконными. Суд добавил, что прекращение производства по данному делу не свидетельствует о неправомерности действий должностного лица по составлению протокола об административном правонарушении. «Само по себе прекращение административного преследования не является основанием для возмещения вреда, поскольку указывает на наличие права гражданина доказывать свою невиновность и, как следствие, незаконность действий должностных лиц, осуществивших привлечение его к административной ответственности, в ином судебном порядке», – отмечено в решении. При этом суд указал, что для наступления деликтной ответственности казны РФ истцом должно быть доказано наступление вреда, противоправность действий причинителя вреда, причинная связь между двумя первыми элементами и вина причинителя вреда.
28 сентября 2020 г. апелляционным определением Астраханского областного суда решение первой инстанции было отменено и вынесено новое. Апелляция указала, что суд первой инстанции не привлек к участию в деле в качестве соответчика главного распорядителя федерального бюджета – Федеральную службу по надзору в сфере здравоохранения, что в силу п. 4 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ является безусловным основанием для отмены решения.
При этом апелляционная инстанция также отказала в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на то, что Валентиной Букреевой не доказана незаконность возбуждения в отношении нее производства по делу об административном правонарушении, а также не установлена вина должностного лица. Областной суд указал, что протокол об административном правонарушении содержит лишь описание событий должностным лицом и не влечет правовых последствий, кроме обязанности рассмотреть соответствующее дело в установленном КоАП РФ порядке. При этом должностным лицом административного органа к Валентине Букреевой не применялись меры по ограничению ее неимущественных прав, а сама она не подвергалась наказанию в виде административного ареста. Кассационный суд согласился с выводами апелляционной инстанции.
Верховный Суд указал на ошибки нижестоящих инстанций
Впоследствии Валентина Букреева обратилась в Верховный Суд. Изучив материалы дела, Судебная коллегия по гражданским делам ВС напомнила, что согласно ст. 1064 ГК вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
ВС указал, что в силу ст. 15 ГК расходы, которые лицо произвело для восстановления нарушенного права, относятся к реальному ущербу и возмещаются в составе убытков по требованию лица, право которого нарушено. Со ссылкой на ч. 1 и 2 ст. 25.5 КоАП Суд напомнил, что для оказания юридической помощи лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в производстве по делу может участвовать защитник, а для оказания юридической помощи потерпевшему – представитель.
Обращаясь к разъяснениям, изложенным в п. 26 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2005 г. № 5, Верховный Суд подчеркнул, что расходы на оплату труда адвоката или иного лица, участвовавшего в производстве по делу в качестве защитника, не отнесены к издержкам по делу об административном правонарушении. ВС отметил, что в случае отказа в привлечении лица к административной ответственности либо удовлетворения его жалобы на постановление о привлечении к ответственности этому лицу причиняется вред в связи с расходами на оплату труда лица, оказывавшего юридическую помощь. Эти расходы на основании ст. 15, 1069, 1070 ГК могут быть взысканы в пользу этого лица за счет средств казны РФ или казны ее субъекта, указал ВС.
Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума ВС РФ следует, что по общему правилу убытки возмещаются при наличии вины причинителя вреда, заключил Суд. Вместе с тем он обратил внимание, что убытки, понесенные при восстановлении права лицом, в отношении которого постановление о привлечении к административной ответственности отменено в связи с отсутствием события или состава правонарушения либо в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых оно вынесено, по существу являются судебными расходами. «Возмещение проигравшей стороной правового спора расходов другой стороны не обусловлено установлением ее виновности в незаконном поведении – критерием наличия оснований для возмещения является итоговое решение, определяющее, в чью пользу данный спор разрешен», – отмечено в определении.
Верховный Суд указал, что положения ст. 15, 16, 1069 и 1070 ГК РФ в системе действующего правового регулирования не могут выступать в качестве основания для отказа в возмещении расходов на оплату услуг защитника и иных расходов, связанных с производством по делу об административном правонарушении, лицам, в отношении которых дела были прекращены ввиду отсутствия события или состава правонарушения либо из-за недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы (Постановление КС РФ от 15 июля 2020 г. № 36-П).
ВС посчитал, что доводы судов апелляционной и кассационной инстанций о неустановлении вины должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении, и о том, что действия этого должностного лица не были признаны незаконными в каком-либо ином порядке, сами по себе не могут служить основанием для отказа в возмещении судебных расходов лицу, в отношении которого производство по делу было прекращено.
Суд отметил, что довод апелляции о том, что протокол об административном правонарушении содержит лишь описание событий и не имеет правового значения, противоречит собственному выводу этого же суда о том, что данный протокол порождает обязанность соответствующего органа рассмотреть в установленном порядке дело об административном правонарушении. Именно в связи с рассмотрением этого дела лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, могут быть понесены судебные расходы.
Таким образом, Судебная коллегия пришла к выводу, что судами апелляционной и кассационной инстанций по настоящему делу были допущены нарушения норм материального и процессуального права. В связи с этим ВС отменил обжалуемые судебные постановления и направил дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Комментарии экспертов
Старший юрист юридической фирмы Eversheds Sutherland Андрей Шубин считает, что по рассматриваемой проблеме устойчивая судебная практика еще не сформирована. Он указал, что, согласно одному подходу, для взыскания расходов на защитника в случае прекращения дела об административном правонарушении должна быть обязательно установлена вина должностных лиц, составивших протокол. «Такой подход практически нивелирует шансы на успешное взыскание данных расходов, так как для установления вины должностных лиц требуется, чтобы их привлекли к ответственности (дисциплинарной, административной или уголовной)», – пояснил он.
Согласно другому подходу, встречающемуся в судебной практике, для взыскания расходов на оплату юридических услуг защитника вина должностных лиц определяющего значения не имеет. Критерием наличия оснований для возмещения является итоговое судебное решение, уточнил эксперт.
Андрей Шубин подчеркнул, что суды принимают решения, основывающиеся на аргументации в пользу как первого, так и второго подхода, поэтому описываемую проблему можно признать актуальной. Решение, предложенное Верховным Судом в комментируемом определении, по словам эксперта, основывается на втором подходе. По мнению юриста, данный подход заслуживает поддержки. Обосновывая свою позицию, эксперт пояснил, что расходы на защитника взыскиваются как возмещение вреда по нормам ГК РФ, правилами которого предусмотрена презумпция вины причинителя вреда (в отличие от административного и уголовного процессов, где существует обратная презумпция – невиновности).
«Принятие противоположного (первого) подхода делает взыскание расходов на защитника в административном производстве неоправданно обременительным, а саму возможность такого взыскания – призрачной, что делает данный подход далеким от разумности и соблюдения баланса интересов сторон», – поделился Андрей Шубин.
Адвокат АП Республики Башкортостан Надежда Крылова отметила, что возмещение издержек по делам об административных правонарушениях остается до сегодняшнего времени актуальной темой. По ее мнению, вероятнее всего, проблема сохранится до принятия и вступления в силу новой редакции КоАП РФ и соответствующего процессуального кодекса.
Эксперт указала, что Пленум ВС РФ от 24 марта 2005 г. № 5 разъяснил необходимость разрешения вопроса об издержках по делу при вынесении постановления о назначении административного наказания либо о прекращении производства по делу об административном правонарушении. Надежда Крылова подчеркнула, что разъяснение многими было прочитано, принято во внимание и широко применялось, как свидетельствует анализ опубликованной судебной практики.
Эксперт поделилась, что в ее адвокатской деятельности такие позитивные примеры также имели место: решением Октябрьского районного суда г. Уфы от 12 февраля 2019 г. по делу № 2-693/2019 были удовлетворены требования о взыскании расходов на представителя, на оплату услуг эксперта и госпошлины в пользу лица, в отношении которого производство по делу об административном правонарушении прекращено в связи с отсутствием события правонарушения.
Вместе с тем Надежда Крылова отметила, что была и иная практика разрешения споров данной категории, в связи с чем Конституционный Суд в Постановлении № 36-П от 15 июля 2020 г. однозначно указал, что «возмещение проигравшей стороной правового спора расходов другой стороны не обусловлено установлением ее виновности в незаконном поведении – критерием наличия оснований для возмещения является итоговое решение, определяющее, в чью пользу данный спор разрешен», указала эксперт.
Надежда Крылова считает, что Верховный Суд РФ обоснованно не согласился с попыткой нижестоящих судов изменить правовые подходы по разрешению этой категории споров, изменить сложившуюся практику на противоположную. «Итоговое решение по делу об административном правонарушении является главным и приоритетным критерием основания для возмещения понесенных расходов лицу, в отношении которого отказано в привлечении к административной ответственности либо удовлетворена его жалоба на постановление о привлечении к административной ответственности. Другие критерии, предложенные нижестоящими судами, не могут влиять на разрешение таких видов споров», – заключила эксперт.
КС защитил право потерпевших на возмещение расходов на адвокатов
Признаны неконституционными ряд норм о возмещении процессуальных издержек по уголовному делу, прекращенному по нереабилитирующему основанию
13 мая Конституционный Суд РФ вынес Постановление № 18-П по делу о проверке конституционности ч. 3 ст. 131 и ст. 132 УПК РФ, а также п. 30 Положения о возмещении процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований КС РФ, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 1 декабря 2012 г. № 1240. Суд признал ч. 3 ст. 131 и ч. 1 ст. 132 УПК РФ, а также п. 30 Положения о возмещении процессуальных издержек не соответствующими Конституции РФ в той мере, в какой они не обеспечивают надлежащий уровень правовой определенности применительно к порядку и размерам возмещения процессуальных издержек при вынесении следователем (дознавателем, прокурором) постановления о возмещении расходов потерпевшего на выплату вознаграждения его представителю по уголовному делу, прекращенному по нереабилитирующему основанию, а равно не позволяют обеспечить эффективную судебную защиту права потерпевшего на получение такого возмещения в установленный срок и не предусматривают правовой механизм индексации сумм такого возмещения.
КС выявил несовершенства законодательства
Конституционный Суд РФ отметил, что действующее с 1 января 2013 г. Положение до сих пор не определяет порядок и размеры возмещения потерпевшему расходов на выплату вознаграждения представителю. При этом нормы Положения не могут применяться к оплате услуг представителя потерпевшего по аналогии, так как услуги адвоката, участвующего в уголовном деле по назначению, нельзя признать аналогичными услугам, оказываемым потерпевшему его представителем по соглашению, тем более после прекращения уголовного дела.
В свою очередь, подчеркнул КС РФ, разъяснения Верховного Суда в Постановлении от 29 июня 2010 г. № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» не обеспечивают реализацию права потерпевшего на возмещение процессуальных издержек в ситуации, когда вопрос о возмещении процессуальных издержек потерпевшего разрешается следователем в связи с прекращением уголовного дела. Соответственно, предоставленные следователю (дознавателю, прокурору) полномочия – при отсутствии нормативного механизма их реализации – могут применяться произвольно, а проверка таких решений в порядке ст. 125 УПК РФ судами недостаточно эффективна.
Конституционный Суд РФ добавил, что расходы, связанные с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего (п. 11 ч. 2 ст. 131 УПК РФ), возмещаются как вынужденно понесенные убытки согласно п. 1 ст. 15 ГК РФ. При этом размер таких расходов фактически зависит от должностных лиц органов предварительного расследования, прокуратуры или суда, осуществлявших процессуальные действия и принимавших процессуальные решения, признанные впоследствии неправомерными. Объем, интенсивность, сложность, продолжительность юридической помощи, а потому и размер выплат за ее оказание в немалой степени зависят от действий (бездействия) и решений вышеуказанных должностных лиц.
Тем самым, заключил Суд, потерпевший несет вынужденные расходы, связанные не только с участием в следственных действиях, но и с обжалованием действий (бездействия) и решений следствия. При этом в правоприменительной практике возможны случаи, когда органы предварительного расследования связывают необходимость и оправданность расходов потерпевшего на представителя лишь с их участием в следственных действиях, исключая при этом иные процессуальные действия, а также обжалование, в том числе в суд, действий (бездействия) и решений должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство, а также судебных решений, принимаемых на досудебной стадии производства по уголовному делу. Текущее нормативное регулирование не содержит положения, которые ориентировали бы на иное решение данного вопроса, заключил Суд.
Таким образом, КС РФ счел, что сроки рассмотрения ходатайства о возмещении судебных издержек установлены непосредственно уголовно-процессуальным законом, который не предполагает отступлений от этих сроков. «В то же время отсутствует эффективная судебная защита прав потерпевших с точки зрения соблюдения предусмотренных законом сроков, когда суд последовательно отменяет неправомерные постановления следователя (дознавателя, прокурора), касающиеся возмещения потерпевшему расходов на представителя, но при этом, не наделенный правом самому определить сумму, подлежащую возмещению, лишь указывает на недостатки принятого решения и обязывает устранить допущенные нарушения», – подчеркивается в постановлении.
Оспариваемые нормы признаны неконституционными
Суд добавил, что ситуации прекращения уголовного дела на досудебной стадии по нереабилитирующим основаниям нередко возникают после достаточно длительных по времени действий по защите гражданином своих прав, в том числе предшествующих возбуждению уголовного дела и получению процессуального статуса потерпевшего. Сам УПК РФ не содержит общих положений об индексации возмещаемых процессуальных издержек, а правительственное положение не устанавливает порядок, в котором определялись бы размеры возмещения расходов, понесенных потерпевшим на выплату вознаграждения представителю, следовательно, их индексация не предполагается. Правоприменительная практика подтверждает, что не только следователи, но и суды, разрешая жалобы на соответствующее постановление следователя, отказываются даже рассматривать вопрос об индексации.
«Следовательно, требование об учете инфляции подлежит распространению и на выплату потерпевшему расходов на представителя, понесенных им как в связи с участием в следственных и других процессуальных действиях, так и в связи с судебной защитой своих прав», отметил КС, добавив, что иное приводило бы к отступлению от принципов равенства и справедливости, к дальнейшему умалению, а не к восстановлению прав потерпевшего, противоречило бы Конституции.
Таким образом, Суд признал ч. 3 ст. 131 и ч. 1 ст. 132 УПК РФ, а также п. 30 Положения о возмещении процессуальных издержек не соответствующими Конституции в той мере, в какой они не обеспечивают надлежащий уровень правовой определенности применительно к порядку и размерам возмещения процессуальных издержек при вынесении следователем (дознавателем, прокурором) постановления о возмещении расходов потерпевшего на выплату вознаграждения его представителю по уголовному делу, прекращенному по нереабилитирующему основанию, а равно не позволяют обеспечить эффективную судебную защиту права потерпевшего на получение такого возмещения в установленный срок и не предусматривают правовой механизм индексации сумм такого возмещения.
В связи с этим Суд предписал федеральному законодателю внести изменения в действующее правовое регулирование. До этого момента возмещение расходов потерпевшего на выплату вознаграждения его представителю по уголовному делу, прекращенному на досудебной стадии по нереабилитирующему основанию, будет производится с учетом ряда факторов.
Так, при определении размеров возмещения надо исходить из того, что возмещаются в полном объеме все необходимые и оправданные расходы на выплату вознаграждения представителю потерпевшего (в том числе до формального получения статуса потерпевшего), которые должны быть подтверждены документами. Речь также идет о расходах, связанных с обжалованием отказа в возбуждении уголовного дела, поскольку оно в дальнейшем было возбуждено, и с обжалованием прекращения уголовного дела, поскольку решение о том было отменено.
Такие расходы возмещаются за счет средств федерального бюджета независимо от вины должностных лиц органов, осуществляющих уголовное судопроизводство, и с учетом уровня инфляции. Вопрос о необходимости, оправданности и размере расходов потерпевшего на выплату вознаграждения его представителю, если потерпевший обжаловал в суд соответствующее решение, принятое следователем (дознавателем, прокурором), разрешается непосредственно судом.