финитная форма глагола это
Финитность
Под финитной формой глагола (лат. verbum finitum) понимается форма глагола, способная выражать весь спектр глагольных категорий. Основная функция финитных форм — выступать в позиции вершины независимого предложения. В русской традиции принято финитные глаголы называть личными, так как только они имеют форму грамматического лица. Однако академическая Русская грамматика 1980 года указывает, что понятие личной формы глагола отличается от понятия финитной формы, так как включает только формы, маркированные по лицу (и, тем самым, не включает формы прошедшего времени).
Обычно финитные глаголы являются носителями таких категорий, как:
Связанные понятия
Глагольной группой (ГГ, англ. Verb phrase, VP) в лингвистике называют синтаксическую единицу, состоящую из по меньшей мере одного глагола и его зависимых, таких как дополнения, комплементы и другие модификаторы. Исключение составляет подлежащее, не входящее в состав глагольной группы. Так, в предложении Толстый мужчина быстро положил бриллианты в коробку слова быстро положил бриллианты в коробку могут считаться глагольной группой, состоящей из глагола положил и его зависимых, но не включающей в себя.
В лингвистике хабитуáлис, или хабитуальный аспект, — это набор грамматических или лексических значений, выражающих регулярное повторение действия или привычность, традиционность состояния. Хабитуальный аспект можно считать частным случаем имперфектива, и тогда он противопоставляется второй разновидности имперфектива — дуративу.
В настоящей статье описывается грамматика современного литературного персидского языка (фарси), государственного языка Ирана.
Финитность
В традиционной терминологии финитные формы называются личными. Этот термин подчёркивает, что для понятия финитности существенно то, выражается ли в форме глагола категория лица.
1. Вводные понятия
Параметр финитности vs. нефинитности мы трактуем как выражающий два свойства:
Наиболее важны категории абсолютного времени (см. Время) и лица (см.) подлежащего – т.н. предикативные категории.
Финитные формы глагола принимают участие в языковом оформлении иллокутивной силы предложения (типа предложения или функции, которую высказывание выполняет в дискурсе: вопрос, утверждение и т.д.). Иллокутивная сила предложения выражается в главной клаузе и строится с использованием грамматических категорий глагола: главным образом лица и абсолютного времени. Эти грамматические категории традиционно называют финитными или предикативными грамматическими категориями (см. [Грамматика 1970]; [Грамматика 1980]). Они важны, поскольку время главного предложения обычно интерпретируется как время речевого акта, а лицо может интерпретироваться как лицо говорящего, слушающего или третьего лица, присутствующего при акте коммуникации.
Данные категории способны обозначать, соответственно, положение ситуации во времени по отношению к моменту речи и лицо подлежащего. Наличие данных категорий позволяет представить ситуацию, выраженную финитными формами глагола, как центральную, независимую от других.
Лицо и время могут выражаться и вне главной клаузы, однако в этом случае они не привязаны напрямую к времени речевого акта и лицу говорящего и / или слушающего. Время, например, может иметь относительную интерпретацию, связанную с интерпретацией временных форм в главном предложении: ср. Учитель понял, что мальчик его обманывает, где настоящее время обманывает обозначает не совпадение времени ситуации с речевым актом, а совпадение с временем другой ситуации (подробнее см. Время).
Наклонение в русском языке также прежде всего характеризует финитные формы (см., однако, статью Сослагательное наклонение о сослагательном наклонении, в т.ч., у причастий) – именно ситуация, выраженная в главном предложении, прежде всего характеризуется как реальная, ирреальная, желаемая и т.д., поскольку эти значения тесно связаны с иллокутивной силой предложения.
Мы также различаем финитность конструкции (употребление глагольной конструкции в качестве сказуемого главной клаузы) vs. финитность формы (способность глагольной формы выполнять роль сказуемого главной клаузы самой по себе, без дополнительных модификаторов). В этом смысле формы причастий не являются финитными (они способны быть сказуемыми главного предложения только при наличии связки, ср. Он Ø убит), но их сочетания с глаголом быть (связочные конструкции и формы страдательного залога) финитны и способны выступать в качестве сказуемого.
Различаются финитные формы и финитные употребления нефинитных форм. Даже нефинитные формы, для которых употребление в качестве сказуемого простого предложения или главной клаузы (см. п. 1 Вводные понятия) сложного предложения не является основной функцией, способны к финитному употреблению (как правило, считается, что эта функция вторична по отношению к употреблениям в качестве не главного сказуемого). Подробнее см. п. 2.2.
Имеет смысл считать, что у любого предложения должно быть финитное сказуемое (в том числе финитной является нулевая форма глагола-связки быть в настоящем времени), поскольку именно финитное сказуемое принимает участие в выражении иллокутивной силы предложения, даже если в роли финитного сказуемого употребляется нефинитная по основной функции форма. В частности, русский инфинитив может употребляться в качестве сказуемого главного предложения (Мне сейчас выходить), однако его основная функция – употребление в зависимых клаузах (Я хочу сегодня остаться дома).
Набор финитных и нефинитных форм будет различным, в зависимости от того, какой применяется критерий их выделения (подробнее см. п. 2 Критерии финитности форм и конструкций).
Ниже при обсуждении проблем, связанных с финитностью, используются следующие синтаксические термины.
Полипредикативная конструкция – конструкция, в которой в одном предложении выражены несколько ситуаций, каждую из которых выражает финитная или нефинитная форма глагола. В русском языке к полипредикативным конструкциям относятся:
(1) Знал бы, что пожалуешь, запряг бы Корсара в тележку. [Ю. Нагибин. Терпение (1990-1995)]
(2) Когда я поступил в Литинститут, думал, что попаду в семинар к Паустовскому, о чем я, конечно, мечтал. [М. Рощин, Т. Бутрова. Драматургия и проза жизни (2003)]
(3) Уродись я с такою мордою, я б надел на неё штаны. (М. Анчаров. Сорок первый)
(4) Умирать – не в побегушки играть. (М. Булгаков. Белая гвардия)
Главная клауза – часть полипредикативной конструкции, являющаяся главной по отношению к другой. Существуют разные способы определить главную клаузу. В частности, некоторые конструкции и показатели в языках мира способны выступать только в главной клаузе (так называемые main clause phenomena, см. [Hooper, Thompson 1973]; [Green 1976], а также работы Е. В. Падучевой, в частности [Падучева 1996: 297–299] для русского языка): например, частицы типа давай (Давай пойдём в кино! – *Он сказал, что давай пойдём в кино).
Зависимая (подчинённая) клауза – часть полипредикативной конструкции, являющаяся подчинённой по отношению к другой (главной).
Подчинённые клаузы делятся на три типа: сентенциальные сирконстанты (обстоятельства), сентенциальные актанты (см. подробнее [Сердобольская 2005]) и сентенциальные определения (подробнее см. Придаточное предложение (см.)).
Существуют разного рода критерии подчинения одной клаузы другой, в частности предлагаемая в [Пешковский 1956 (1928):464] и рассматриваемая подробнее в [Тестелец 2001:259–260] возможность вставления подчинённой клаузы в главную (гнездования), но не наоборот (Вася, когда я ему позвонил, уже ехал в поезде – клауза когда я ему позвонил является подчинённой):
(5) При мощном сложении, крупной голове, крупных чертах лица он, когда сидел, производил впечатление рослого человека. [Г. Я. Бакланов. В месте светлом, в месте злачном, в месте покойном (1995)]
Понятия главной или подчинённой клаузы определимы только по отношению друг к другу: та или иная конструкция может иметь свойства подчинённого предложения в одном случае и не иметь их в другом. Так, конструкции с сочинительным союзом а в некоторых случаях проявляют свойства придаточных предложений (вставляются в другую часть предложения):
(6) Какой неосторожный, подумала Мирель Саламанка, а это была она, и вздохнула так, что телефонная трубка в кулаке Александра обратилась в томного тропического попугая: «Не нужно адреса». [В. Аксенов. Новый сладостный стиль (2005)]
Неоднозначна позиция в данной классификации оборотов, выражающих прямую речь (Он сказал: «Давай пойдём в кино»). Они способны содержать все показатели, характерные для в главной клаузы, но пунктуация фиксирует их подчинённое положение.
Кроме того, обороты прямой речи способны к вставлению в главную клаузу, хотя такие случаи редки:
(7) Завотделом сказал: «Он нам не подходит» о самом сыне Хрущёва!
В то же время сам глагол речи может вставляться в оборот прямой речи, что невозможно для других типов зависимых клауз:
В языках мира существуют разные средства оформления зависимой клаузы в полипредикативной конструкции. Основными являются:
Как правило, при союзах в языках мира используются финитные формы глагола, для которых характерно также выступать в функции сказуемого главной клаузы (Я вернусь, когда ты скажешь). Однако бывают случаи, когда две стратегии – «союзная» и «нефинитная» – используются одновременно: в зависимой клаузе, возглавляемой союзом, выступает нефинитная форма. В русском языке это явление также встречается (Если поджечь спирт, пламя будет очень яркое; Прежде чем уйти, электрик проверил звонок), подробнее см. п.6.
Некоторые языки мира практически не используют придаточных предложений с союзами, но широко используют нефинитные формы глагола (в частности, таковы языки алтайской семьи). В других языках (многие европейские, например французский, украинский) придаточные предложения используются очень широко. Русский язык также широко использует придаточные предложения, однако (преимущественно в письменной речи) деепричастия и причастия используются чаще, чем, например, во французском и украинском языках (русские конструкции с причастиями типа смеющийся ребёнок, стареющий мужчина зачастую соответствуют французским и украинским конструкциям с определительными придаточными).
Существуют и более экзотические стратегии. Так, арабский язык широко задействует бессоюзное подчинение одной финитной формы другой: в конструкциях типа ‘Мы начинаем есть’ или ‘Я заставил брата отдать мне деньги’ и глагол bada’a ‘начать’ (соответственно, ’aǯbara ‘заставлять’), и глагол ’akala ‘есть’ выступают в финитной форме изъявительного наклонения, лицо и другие грамматические значения могут совпадать или не совпадать.
Каждый из отдельных типов нефинитных форм может более или менее широко использоваться в отдельном языке. Так, масдар (отглагольное существительное) арабского языка по семантике и синтаксическим свойствам, в основном, совпадает с русским отглагольным существительным, однако используется даже в тех случаях, в которых в русском языке используется инфинитив (например, ‘Я хочу поедания слив’ вместо ‘Я хочу поесть слив’, ‘Я пришёл для говорения с тобой’ вместо ‘Я пришёл, (чтобы) с тобой поговорить’).
Сложное предложение (применительно к русскому языку) – предложение, состоящее из двух частей, таких что:
В том числе сложными считаются предложения, в которых с помощью союза присоединяется инфинитивная конструкция (Если сложить два и три, получится пять).
В других языках мира сложное предложение может определяться по-другому, в зависимости от набора форм глагола и стратегий соединения клауз.
Сложноподчинённое предложение – сложное предложение, одна из частей которого (т.н. главное предложение) является главной по отношению к другой (т.н. придаточное предложение).
Сложносочинённое предложение – сложное предложение, ни одна из частей которого не является главной по отношению к другой. В русском языке сложносочиненные предложения строятся с помощью т.н. сочинительных союзов – и, а, но и некоторых других (см. Союзы).
Однако даже с помощью этих союзов могут строиться предложения, проявляющие некоторые свойства сложноподчинённых. Так, стандартная конструкция с союзом и не проходит теста на вставление одной клаузы в другую (Петя позвонил в деканат и узнал расписание – *Петя, и узнал расписание, позвонил в деканат), тем самым являясь сложносочинённой. Однако некоторые конструкции с и и а проходят этот тест (Петя, и Вася это знал, никогда ничего не делал для других):
(9) Но Ричард Дэвис, директор британского Русского архива в Лидсе, а это был он, стал мне писать, прислал свои замечательные книги о Л.Андрееве, где я нашла сведения и о Тумаркиных. [«Вестник США» (2003)]
(10) Для меня лично, и ты это знаешь, Тошка, родственные узы не играют никакой роли. [Е. Маркова. Каприз фаворита (1990–2000)]
2. Критерии финитности форм и конструкций
Поскольку в русском языке не существует показателя, маркирующего все финитные или все нефинитные формы, существует несколько критериев разграничения этих двух типов форм. Прежде всего это морфологический (маркирование грамматических категорий) и синтаксический (употребление в главных vs. зависимых клаузах) критерии.
Особо следует упомянуть ещё об одном критерии – способности форм в зависимой клаузе иметь собственное подлежащее, отличное от подлежащего формы в главной клаузе, и способах его выражения.
Итак, финитность определяется по следующим двум основным критериям:
Еще одним удобным тестом на финитность является
Все эти критерии дают несколько разные результаты. Поэтому мы говорим о шкале финитности, а не о бинарном противопоставлении финитных vs. нефинитных форм.
2.1. Морфологический критерий финитности: маркирование категорий
По критерию маркирования времени, лица (в будущем и настоящем временах) / рода (в прошедшем времени) и числа выделяются следующие финитные формы:
Основным признаком финитности признаётся маркирование лица – по времени маркированы только формы настояще-будущего и прошедшего времени, а также причастия, явно не являющиеся финитными формами по другим критериям. Лицо и род являются критериями финитности для форм глагола, при которых лицо маркируется в настоящем и будущем, а род в прошедшем времени. При этом даже в формах, где маркируется время, его референция может быть абсолютной (по отношению ко времени речевого акта) или относительной (по отношению к другому событию) – см. подробнее в статье Время.
Нефинитными формами, в соответствии с морфологическим критерием, признаются:
Ни одна из этих форм не имеет категории лица. Категории числа и рода имеет только причастие. При этом в полных причастиях эти категории выражаются таким же способом, как у прилагательных (падежно-число-родовыми окончаниями адъективного склонения), а не таким, как у финитных форм глагола.
Промежуточное положение занимает квазиимператив (см. Императив) – условные употребления форм повелительного наклонения (Уродись я с такою мордою, я б надел на неё штаны [М. Анчаров]).
Квазиимператив формально совпадает с императивом, в его форме маркируется единственное число. Однако маркирование числа в квазиимперативе не несёт никакой функции. Подлежащим может быть именной группой любого лица и числа:
(11) Приди мы позже, ничего бы не увидели.
Деление по этому признаку соответствует традиционному, принятому в академических грамматиках русского языка (см. [Грамматика 1980:§§ 1894, 1908]), понятию предикативности («категория, которая целым комплексом формальных синтаксических средств соотносит сообщение с тем или иным временным планом действительности», [Грамматика 1980:§ 1894]). При описании категории предикативности выделяются те формы, которые стандартно употребляются в главном предложении. Понятие личной формы глагола [Грамматика 1980:§ 1517] отличается от понятия финитной формы, так как включает только формы, маркированные по лицу (и, тем самым, не включает формы прошедшего времени).
2.2. Синтаксический критерий финитности: возможность употребляться в главной клаузе
Деление форм на финитные vs. нефинитные по способности выступать в главной vs. зависимой клаузе в основном совпадает с делением по морфологическому критерию. Однако формы сослагательного наклонения инфинитива, нефинитные в соответствии с морфологическими характеристиками, по этому признаку являются финитными.
Наименее финитны деепричастия, причастия и квазиимперативы, которые, наоборот, не способны выступать в качестве сказуемого главной клаузы.
Промежуточное положение занимают нефинитные формы, способные использоваться в качестве сказуемого главной клаузы, для которых эта функция, однако, не является основной. Типологически эти формы очень многообразны (см. [Калинина 2001]). В русском языке это возможно только для инфинитива (см. там же). Так, инфинитив может выступать в качестве сказуемого главной клаузы в некоторых модальных употреблениях (Мне выходить – необходимость, Встать! – приказ), однако не считается финитной формой, поскольку:
В этих случаях конструкция допускает перенос в прошедшее или будущее время с добавлением формы прошедшего времени вспомогательного глагола быть (например, в значении возможности – Не понять (было), кто прав, кто виноват). Тем самым, эти употребления инфинитива нельзя считать полностью финитными. Тем не менее, некоторые употребления инфинитива такого переноса не допускают (Участвовать или не участвовать? – *Было участвовать или не (было) участвовать?).
(12) ― Фомичев что-то помычал и покашлял ― не разобрать было что. [С. Бабаян. Ротмистр Неженцев (1995-1996)]
(13) Приморье от Ленинграда не ближний свет, а в той свистопляске не понять было, куда делся человек, почему его не видно? [И. Николаев. Последний приказ генерала (2001)]
С другой стороны, и финитные формы способны употребляться не только как сказуемое главного или простого предложения. Они могут выступать и в придаточном предложении. Часто в этом случае имеется соотношение «финитная форма / нефинитная форма»: оба варианта допустимы, однако употребление финитной формы как зависимой требует наличия союза. Кроме того, при финитной форме допустимо несовпадение подлежащих главного и придаточного предложений (см. п. 2.3). С финитной формой конкурируют или распределены по контекстам инфинитив, причастия и деепричастия:
(14) Я хочу пойти в кино. – Я хочу, чтобы Вася пошёл в кино.
(15) Приехав, мы сразу разобрали вещи. – Когда мы приехали, мы сразу разобрали вещи.
(16) Тут приковылял на кухонную половину ничего не понявший Аркашка. [В. Астафьев. Пролетный гусь (2000)] – То же самое и с Мироновым, который не понял смысла монолога о католичестве и православии. [Б. Рогинский. Нечто об еже (2003)]
Признак способности / неспособности употребляться в придаточных предложениях (зависимых конструкциях, вводимых союзами) отделяет деепричастия и причастия от всех основных форм: деепричастия наименее финитны, поскольку не употребляются в придаточных.
2.3. Критерий субъектности (способности иметь подлежащее)
Ещё один критерий финитной формы – способность иметь своё подлежащее, которое может быть не кореферентно подлежащему другого предиката. По данному критерию выделяются:
По данному признаку, в отличие от предыдущего, квазиимператив попадает в число финитных форм, так как способен иметь выраженное номинативной группой подлежащее, отличное от подлежащего главной клаузы.
2.4. Сопоставление результатов по разным критериям финитности
В таблице 1 обобщаются результаты применения разных тестов на финитность к формам, традиционно считающимся нефинитными, – инфинитиву, деепричастию и причастию – а также нефинитной форме квазиимператива.
Таблица 1. Признаки финитности у нефинитных форм
независимое выражение подлежащего
способность иметь подлежащее, не совпадающее с главным
употребление в придаточных
маркирование лица и числа подлежащего