феодальное уголовное право по каролине 1532 г
Феодальное право Германии. «Каролина» 1532 года
Важный вклад в создание общегерманских принципов уголовного права был внесен в 1532 году изданием уголовного и уголовно-процессуального уложения Карла V («Каролины»). Изданная как общеимперский закон, «Каролина» провозглашала верховенство имперского права над правом отдельных земель, отмену «неразумных и дурных» обычаев в уголовном судопроизводстве в «местах и краях».
Вместе с тем она допускала сохранение для курфюрстов, князей и сословий их «исконных и справедливых обычаев». Однако поскольку уложение вполне соответствовало как политическим интересам княжеской верхушки, так и современным требованиям уголовного права и процесса, оно было общепризнано в качестве источника права во всех землях. На основе «Каролины» образовалось общее немецкое уголовное право.
Традиция императорского законодательства о предупреждении и наказании различных правонарушений была возобновлена в XVI в. изданием «Каролины», содержащей некоторые общие принципы уголовного права, а также значительный перечень преступлений и наказаний. Являясь практическим руководством по судопроизводству для шеффенов, этот закон не содержал четкой системы и последовательного разграничения норм уголовного и уголовно-процессуального права.
К общим понятиям уголовного права, известным «Каролине», можно отнести умысел и неосторожность, обстоятельства, исключающие, смягчающие и отягчающие ответственность, покушение, соучастие. Эти понятия, однако, не всегда были достаточно четко сформулированы и излагались применительно к отдельным видам преступлений и наказаний.
Ответственность за совершение преступления, по «Каролине», наступала, как правило, при наличии вины — умысла или неосторожности. Однако феодальное уголовное право Германии нередко устанавливало ответственность и без вины, за вину другого лица («объективное вменение»). Кроме того, применявшиеся методы установления виновности часто влекли за собой осуждение невиновного человека.
Ссылка на необходимую оборону исключалась при законном нападении (для задержания преступника) и при убийстве, совершенном после прекращения нападения, в ходе преследования нападавшего. Судебник предписывал проводить тщательное разбирательство каждого конкретного случая необходимой обороны, поскольку правомерность ее должен был доказывать сам убийца, а неправомерность влекла за собой наказание.
«Каролина» предусматривает и некоторые смягчающие обстоятельства. К ним относились отсутствие умысла («неловкость, легкомыслие и непредусмотрительность»), совершение преступления «в запальчивости и гневе». Смягчающими обстоятельствами при краже считались малолетний возраст преступника (до 14 лет) и «прямая голодная нужда».
Гораздо более многочисленными являются отягчающие вину обстоятельства: публичный, дерзкий, «злонамеренный» и кощунственный характер преступления, повторность, крупный размер ущерба, «дурная слава» преступника, совершение преступления группой лиц, против собственного господина и т.п.
В судебнике различаются отдельные стадии совершения преступления, выделяется покушение на преступление, которое рассматривается как умышленное деяние, не удавшееся вопреки воле преступника. Покушение наказывалось обычно так же, как оконченное преступление. При рассмотрении соучастия уложение чаще всего упоминает пособничество.
Законоведы того времени различали три вида пособничества: помощь до совершения преступления; на месте преступления (совиновничество); после его совершения. В последнем случае от «корыстного сообщничества» отличалось «укрывательство из сострадания», влекущее более мягкое наказание.
«Каролина» не классифицировала составы преступления, а лишь перечисляла их, располагая в более или менее однородные группы. Прежде всего, указывались преступления против религии — богохульство, кощунство, колдовство, нарушение клятвы, а также преступления, несовместимые с христианской моралью, — распространение клеветнических пасквилей, подделка монеты, документов, мер и весов, объектов торговли. К ним примыкали преступления против нравственности: прелюбодеяние, двоебрачие, кровосмесительство, сводничество, изнасилование, похищение женщин и девушек.
К государственным преступлениям относились измена, бунт против властей, различные виды нарушений «земского мира» — вражда и месть, разбой, поджог, злостное бродяжничество. Косвенно упоминалось оскорбление императорского величества.
В группе преступлений против личности выделялись различные виды убийства, а также самоубийство преступника, в результате которого наследники могли лишаться права наследования. Преступления против собственности включали многочисленные виды кражи, недобросовестное распоряжение доверенным имуществом. Специально оговаривались кража в церкви, а также такие виды кражи, которые были характерны для малоимущих слоев населения (плодов и урожая, рыбы, леса). Наконец, упоминались некоторые преступления против правосудия — лжесвидетельство, незаконное освобождение заключенного охранником, неправомерный допрос под пыткой.
Хотя в преамбуле «Каролины» имелось утверждение о равном правосудии для «бедных и богатых», во многих статьях подчеркивалась необходимость при назначении наказания учитывать сословную принадлежность преступника и потерпевшего лица. Так, при определении наказания за кражу судье следовало учитывать стоимость украденного и другие обстоятельства, но «в еще большей степени должно учитывать звание и положение лица, которое совершило кражу» (ст. 160). В ст. 158 было предусмотрено, чти знатное лицо могло быть подвергнуто за кражу не уголовному, а «гражданско-правовому наказанию».
Нарушение «земского мира», которое строго каралось при прочих равных условиях, считалось вполне законным для лиц, получивших дозволение императора отомстить за нанесенную обиду или враждующих с недругами своего господина. В ином положении находились лица незнатного происхождения, малоимущие. Правда, совершение незначительной кражи плодов днем и «по прямой голодной нужде» также могло повлечь только имущественную ответственность.
Однако неимущему было гораздо труднее возместить ущерб. Кроме того, в иных случаях за кражу урожая, рыбы, леса, особенно в ночное время, полагались телесные или иные наказания по усмотрению судей и по местным обычаям. Особенно сурово и незамедлительно предписывалось карать подозрительных нищих и бродяг как «опасных для страны насильников» (ст. 39, 128).
Широта судейского усмотрения в «Каролине» была ограничена лишь формально указанием на верховенство императорского права при определении высшего предела наказания. Судьи могли по своему усмотрению назначать одно или несколько рекомендованных наказаний, применять местные обычаи, а в затруднительных случаях прибегать к разъяснениям законоведов.
Вся система наказаний определялась основной целью карательной политики — устрашением. В «Каролине» содержатся следующие основные виды наказания: смертная казнь, членовредительские наказания (урезание языка, ушей и т.п.); телесные наказания (сечение розгами); позорящие наказания (лишение прав, выставление у позорного столба в железном ошейнике, клеймение); изгнание; тюремное заключение; возмещение вреда и штраф.
Смертная казнь была прямо предписана или могла быть применена за подавляющее большинство преступлений, причем в квалифицированной форме (сожжение, четвертование, колесование, повешение, утопление и погребение заживо для женщин). Телесные и членовредительские наказания могли назначаться за обман и кражу. Тюремное заключение, изгнание и позорящие наказания чаще применялись как дополнительные, к которым относились также конфискация имущества, терзание раскаленными клещами перед казнью и волочение к месту казни. Вместе с тем «злонамеренных» и «способных на дальнейшие преступные действия» лиц предписывалось заключать в тюрьму на неопределенный срок.
«Каролина» ознаменовала утверждение нового вида уголовного процесса. В период раннего феодализма в Германии применялся обвинительный (состязательный) процесс. Не было разделения гражданского и уголовного видов процесса.
В XIII—XIV вв. частноправовой принцип преследования начинает дополняться обвинением и наказанием от имени публичной власти. Изменяется система доказательств. В конце XIII в. был законодательно упразднен судебный поединок. Однако окончательное утверждение нового, следственно-розыскного (инквизиционного) уголовного процесса происходит в Германии в связи с рецепцией римского права.
«Каролина» сохранила некоторые черты обвинительного процесса. Потерпевший или другой истец мог предъявить уголовный иск, а обвиняемый — доказать его несостоятельность. Сторонам давалось право представлять документы и свидетельские показания, пользоваться услугами юристов. Если обвинение не подтверждалось, истец должен был «возместить ущерб, бесчестье и оплатить судебные издержки» (ст. 13). Однако эти права сторон были связаны многими формальными ограничениями, а обвиняемый находился в более ущемленном положении.
Основная форма рассмотрения уголовных дел в «Каролине» — инквизиционный процесс. Обвинение предъявлялось судьей от лица государства «по долгу службы». Следствие велось по инициативе суда и не было ограничено сроками. Широко применялись средства физического воздействия на подозреваемого. Непосредственность, гласность судопроизводства сменились тайным и преимущественно письменным рассмотрением дела.
Основными стадиями инквизиционного процесса были дознание, общее расследование и специальное расследование. Задачей дознания было установление факта совершения преступления и подозреваемого в нем лица. Для этого судья занимался сбором предварительной тайной информации о преступлении и преступнике. Если суд получал данные о том, что кто-либо «опорочен общей молвой или иными заслуживающими доверия доказательствами, подозрениями и уликами», тот заключался под стражу.
Общее расследование сводилось к предварительному краткому допросу арестованного об обстоятельствах дела, в целях уточнения некоторых данных о преступлении. При этом действовал принцип «презумпции виновности» подозреваемого. Наконец, происходило специальное расследование — подробный допрос обвиняемого и свидетелей, сбор доказательств для окончательного изобличения и осуждения преступника и его сообщников.
Специальное расследование являлось определяющей стадией инквизиционного процесса, которая заканчивалась вынесением приговора. Это расследование основывалось на теории формальных доказательств. Они были подробно и однозначно регламентированы законом.
Все эти ограничения, однако, не являлись существенными. Во-первых, пытку предписывалось применять сразу же при установлении факта преступления, караемого смертной казнью. Более того, даже самого слабого подозрения в измене было достаточно для допроса под пыткой (ст. 42). Во-вторых, если обвиняемый после первого признания отрицал сказанное или оно не подтверждалось другими сведениями, судья мог возобновить допрос под пыткой.
Процесс завершался судебным заседанием, которое в принципе не являлось его самостоятельной стадией. Поскольку суд сам производил расследование, собирал и обвинительные, и оправдательные доказательства, окончательный приговор определялся уже в ходе следствия. Судья и судебные заседатели перед специально назначенным «судным днем» рассматривали протоколы следствия и составляли по определенной форме приговор.
§5. Уголовное право и уголовный процесс. «Каролина» 1532 г.
Феодальное уголовное право и уголовный процесс в своем развитии существенно изменились.
В уголовном процессе в результате перенесения практики судов церковной инквизиции в светские суды состязательный процесс вытесняется инквизиционным.
Неразвитость основных понятий, например понятия вины как осознанного проступка и решающего основания ответственности сохранялась очень долго.
Еще в 1268г. в Париже приговорили к сожжению на костре свинью. Ее преступление заключалось в том, что она съела ребенка. Во Франции же в 1313 г. разъяренный бык, убежавший из стойла, проколол рогами человека. Быка арестовали и судили.
Ордалии, позже судебные поединки, талион («равное за равное») как раннее понимание справедливости постепенно уходят в прошлое (однако и в современном праве многих государств признается, что наказание должно быть соразмерным тяжести преступления).
Если представление об уголовном праве и уголовном процессе периода становления феодализма можно получить по Салической правде, то завершение отмеченных процессов в позднем Средневековье можно охарактеризовать на примере «Каролины».
«Каролина» была издана непосредственно после подавления Крестьянской войны 1525 г. Хотя во введении к кодексу содержатся утверждения о стремлении предотвратить произвол, ввести справедливость и т.д., «Каролина» убедительно отразила террористический характер феодального уголовного права1. Говоря об этом, Ф. Энгельс отмечал: «Из тех назидательных статей «Каролины», которые говорят об «отрезании ушей», «отсечении носа», «выкалывании глаз»,
Процесс ужесточения наказаний в феодальной Европе, связанный во многом с возрастанием роли государства в борьбе с преступностью, наблюдался и в истории России.
«обрубании пальцев и рук», «обезглавлении», «колесовании», «сожжении», «пытке раскаленными щипцами», «четвертовании» и т.д., нет ни одной, которой бы милостивый сеньор и покровитель не мог бы применить к своим крестьянам по своему усмотрению»1.
Раздел об уголовном праве содержит довольно бессистемное перечисление преступлений и наказаний. В «Каролине» отсутствует определение понятия «преступление», не упоминается ряд составов преступлений (телесные повреждения, оскорбления, повреждение имущества), имеющиеся составы преступлений нередко охарактеризованы весьма неполно.
Далее следуют преступления против личности, нравственности, собственности и т.д. И за эти преступления законодатель устанавливает порой весьма жестокие наказания. Кража, в том числе ловля рыбы в водоеме феодала, каралась, например, телесными наказани-
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 7. С. 357.
ями вплоть до смертной казни «в зависимости от сорта рыбы, обстоятельств дела и звания лица».
Жестокость наказаний доходила в «Каролине» до крайних форм. Если в Салической правде наиболее распространенным видом наказания были композиции, то в «Каролине» особенно часто упоминается смертная казнь. Считалось, что наказание не только карает преступника, но и устрашает других. Устрашение признавалось главной целью наказания. Соответственно широкое распространение получили квалифицированные виды смертной казни (сожжение, утопление, четвертование). Чтобы сделать казнь более мучительной, предусматривалось совершение «дополнительных действий». Так, при «измене» и в некоторых других случаях предписывалось «злостных преступных людей для вящего устрашения прочих перед той или иной смертной казнью волочить (к месту казни) либо терзать тело раскаленными щипцами».
Широкое применение в «Каролине» наиболее жестоких видов наказаний (а также пыток в судебном процессе) отчасти связано с особым обострением внутренних противоречий в Германии в период Крестьянской войны 1525 г. Однако жестокость наказаний не привела ни к искоренению общеуголовной преступности, ни к подавлению борьбы против средневекового мракобесия.
Другую часть «Каролины» составляли нормы уголовно-процессуального права, закреплявшие правила инквизиционного процесса. Эти правила, заимствованные католической церковью из позднего римского права, первоначально предназначались для судебного разбирательства церковных дел, для борьбы с ересями. Инквизиционный процесс в Германии и многих других континентальных странах Европы в условиях обострившейся классовой, политической, религиозной борьбы оказался более пригодным, нежели состязательные формы процесса, и был перенят государственными судами у судов церковных.
Характерной чертой уголовного процесса по «Каролине» была теория формальных доказательств, в соответствии с которой законом определялась доказательственная сила тех или иных юридически значимых фактов.
Ниже приводятся краткие выдержки из протокола пыток, составленного писцом инквизиции.
На суде Святой Инквизиции в Толедо утром 17 августа 1569 г. перед сеньорами инквизиторами. предстал Франсиско Роберта
Ему сказали, что. есть основания считать его лютеранином и разделяющим заблуждения Лютера и что из любви к Богу и Его Святой Матери ему советуют сказать и объявить правду относительно всего, что он сделал и сказал против нашей Святой Католической Веры, и назвать лиц, внушивших ему это.
Он ответил, что уже сказал правду.
Затем, находясь уже в комнате пыток. и когда он был раздет. его посадили на скамью и стали вязать руки веревками и прежде чем прикрутить их из любви к Богу его увещевали сказать правду. Он ответил, что ему нечего говорить.
/. Тогда было приказано прикрутить и дать один поворот веревке. И так было сделано. Он произнес: «О Господи. ».
5. Тогда приказали еще раз прикрутить веревку. и сказали, чтобы сказал правду из уважения к Богу. Он ответил: «Я сказал правду, я говорю правду» — и застонал.
14. Ему еще прикрутили веревку, и он только простонал: «Ох, ох. » Приказали еще раз прикрутить, и прикрутили. Он сказал: «Сеньор инквизитор, да, я обвиняю одного фламандца, работавшего там, где я».
Его спросили, в чем он обвиняет сего фламандца. Он ответил, что не знает этого.
Тогда его привязали к станку и сказали ему, чтобы из любви к Богу он сказал правду прежде, чем приступят к пытке.
Он ответил: «Я готов служить Богу» — и заплакал.
Тогда ему прикрутили палку от левой руки и сказали, чтобы он сказал правду. Он закричал, плача: «Прощай, Пресвятая Дева Мария».
Тогда приказали прикрутить палку у левого бедра. Он застонал, закричал.
Тогда приказали прикрутить палку от правой ноги. Он ничего не сказал.
Тогда приказали облить его кувшином воды, и облили, и он сказал: «О Гос поди, чего же от меня хотят. ».
Ему ответили, что хотят, чтобы он сказал правду.
Он сказал, что отрекается от отца и матери.
Когда его спросили, почему он отрекается от отца и матери, он прочитал «Отче наш» и сказал, что больше ничего не знает.
Тогда приказали облить его еще из одного кувшина, и облили. Он сказал: «Отпустите меня. Я уйду в монастырь молиться Богу за Вашу милость».
Потом он сказал, что бросится в колодец в Мадриде.
Тогда сеньоры инквизиторы сказали, что его довольно пытали, и пытку прекратили, и ушли из комнаты, и сего Франсиско Роберто отвязали.
В приведенных выдержках из протокола пыток нет ни оценки совершаемого, ни его осознания в теоретической форме. Тут факты, только факты, однако уже отобранные, сокращенные. Имея эти факты перед глазами, трудно уйти от правильных выводов и оценок.
Следующей стадией инквизиционного процесса было судебное заседания.
В судебном заседании по «Каролине» рассматривались материалы предварительного следствия, проводился допрос обвиняемого. Особо торжественно было обставлено вынесение приговора. Чтобы усилить устрашающее впечатление от наказания, приговоренного к смерти вводили в зал судебного заседания в железном ошейнике и колодках; объявляя приговор, судья ломал свой жезл. Приговоры приводились в исполнение на площадях при большом стечении народа.
Жестокость наказаний была присуща и уголовному праву Англии и проявилась, в частности, в «кровавом законодательстве» периода абсолютизма.
Изучение истории феодального права в странах Западной Европы позволяет сделать некоторые выводы, характеризующие общие направления его развития.
В источниках права наблюдается постепенное преодоление партикуляризма, но сильное влияние обычного права окончательно преодолено так и не было.
Для правового положения населения было характерно закрепление сословной организации общества, феодальной иерархии и вассальных отношений.
В гражданском праве наибольшее внимание уделялось праву феодальной собственности на землю, утверждению феода как основной формы землевладения.
Становление уголовного права характеризовалось разработкой ряда центральных понятий (преступление, наказание, вина как основание ответственности, соучастие, необходимая оборона), формированием представления о системе преступлений, ужесточением наказаний и т.д. Наконец, в области уголовного процесса наиболее заметным был переход от состязательного процесса к обвинительному, инквизиционному процессу со свойственными последнему теорией формальных доказательств, презумпцией виновности и пытками.
С разложением феодализма средневековое право в целом приходит в противоречие с потребностями исторического развития, становится силой, враждебной обществу. Поэтому буржуазные революции выдвигают требование уничтожения старого права.
Уголовное право и уголовный процесс. Каролина 1532 г
Феодальное уголовное право и уголовный процесс в своем развитии существенно изменились.
Постепенно складывается представление о системе преступлений – религиозные (ересь, колдовство, атеизм) и государственные (измена, мятеж), против личности (убийство, телесные повреждения) и имущественные (кража, разбой). Наказание, главной задачей которого считалось возмездие и устрашение, все более ужесточается. Широко распространяются смертная казнь (особенно в квалифицированном виде – четвертование, сожжение и т. п.) и телесные наказания (часто увечащие – отсечение или вырывание языка и т. п.). Суровость наказания зависела от сословной принадлежности потерпевшего и виновного. Особенно широко и жестоко преследовались религиозные преступления. Еретики заживо сжигались на кострах («без пролития крови»).
В уголовном процессе в результате перенесения практики судов церковной инквизиции в светские суды состязательный процесс вытесняется инквизиционным.
Еще в 1268 г. в Париже приговорили к сожжению на костре свинью. Ее преступление заключалось в том, что она съела ребенка. Во Франции же в 1313 г. разъяренный бык, убежавший из стойла, проколол рогами человека. Быка арестовали и судили. Его повесили на том месте, где он учинил преступление. Был и такой случай: в одном из районов Франции в 1522–1530 гг. страшно размножились мыши. Они так опустошили поля, что население опасалось голода и обратилось в суд. Мышей пригласили на судебное заседание. Они, естественно, не явились. Неявку обратили против них, и обвинитель потребовал окончательного решения дела. Однако защитник заявил, что его клиенты не были как следует оповещены о явке, так как многие находились в поле. На этом основании он добился отсрочки судебного разбирательства. Мышей вторично пригласили на суд; объявление об этом оглашал каждый священник всех церквей района.
Ордалии, позже судебные поединки, талион («равное за равное») как раннее понимание справедливости постепенно уходят в прошлое (однако и в современном праве многих государств признается, что наказание должно быть соразмерным тяжести преступления).
Если представление об уголовном праве и уголовном процессе периода становления феодализма можно получить по Салической правде, то завершение отмеченных процессов в позднем Средневековье можно охарактеризовать на примере «Каролины».
«Каролина» – кодекс феодального уголовного и уголовно-процессуального права в Германии – был разработан по поручению императора Карла V (отсюда и его название) и принят в 1532 г. В «Каролине» отразились наиболее существенные стороны феодального уголовного права и уголовного процесса периода абсолютизма. Этот кодекс стал единственным общегерманским уголовным и уголовно-процессуальным кодексом, действовавшим вплоть до объединения страны.
«Каролина» была издана непосредственно после подавления Крестьянской войны 1525 г. Хотя во введении к кодексу содержатся утверждения о стремлении предотвратить произвол, ввести справедливость и т. д., «Каролина» убедительно отразила террористический характер феодального уголовного права. Говоря об этом, Ф. Энгельс отмечал: «Из тех назидательных статей «Каролины», которые говорят об «отрезании ушей», «отсечении носа», «выкалывании глаз», «обрубании пальцев и рук», «обезглавлении», «колесовании», «сожжении», «пытке раскаленными щипцами», «четвертовании» и т. д., нет ни одной, которой бы милостивый сеньор и покровитель не мог бы применить к своим крестьянам по своему усмотрению».
«Каролина» объединяет нормы уголовного и уголовно-процессуального права: 76 статей посвящены уголовному праву и 103 статьи – уголовному процессу. Достаточно продуманная система расположения норм в «Каролине» отсутствует. В ряде статей кодекс еще ссылается на обычаи «данной земли или места», однако в нем перечисляются «дурные, неправильные обычаи», предписывается, «дабы все власти упразднили такие обычаи, и они не должны впредь применяться, соблюдаться и поддерживаться». Этим «Каролина» выступает против партикуляризма феодального права, оказывает на него унифицирующее воздействие. В «Каролине» не упоминалась кровная месть – кодекс утверждал взгляд на преступление как на деяние, нарушающее не только интересы потерпевшего, но и государства. В этом документе употребляются такие понятия, как «необходимая оборона», «покушение к совершению преступления», «пособничество», «соучастие».
Раздел об уголовном праве содержит довольно бессистемное перечисление преступлений и наказаний. В «Каролине» отсутствует определение понятия «преступление», не упоминается ряд составов преступлений (телесные повреждения, оскорбления, повреждение имущества), имеющиеся составы преступлений нередко охарактеризованы весьма неполно.
Из отдельных составов преступлений следует выделить преступления против религии и государства: «богохульство», «кощунство», «измена». Как правило, эти преступления карались смертной казнью в ее наиболее мучительных видах, «измена», например, – четвертованием для мужчины и утоплением для женщины. Интересно отметить, что в понятии «измена» как «великий ущерб и соблазн», касавшийся не только страны, но и города, супруга, близких родственников, публичное и частное еще не отграничены. Примечательно и то, что даже заведомо ложные доносы о государственных преступлениях не наказывались (заимствовано из позднего римского права). Считалось, что любое опасение доносителя быть наказанным за сообщение о государственном преступлении принесет значительно больше вреда, нежели полная безответственность даже за ложный донос.
Далее следуют преступления против личности, нравственности, собственности и т. д. И за эти преступления законодатель устанавливает порой весьма жестокие наказания. Кража, в том числе ловля рыбы в водоеме феодала, каралась, например, телесными наказаниями вплоть до смертной казни «в зависимости от сорта рыбы, обстоятельств дела и звания лица».
В «Каролине» широко применялись абсолютно неопределенные санкции; почти дословно повторялись некоторые римские уголовно-правовые формулы («злостность восполняет недостаток возраста») – воспроизводились отдельные аспекты римского понимания необходимой обороны, а также содержались неоднократные отсылки к «императорскому праву», «общему праву империи», под которыми подразумевалось прежде всего измененное римское право. Например, ни за одно преступление не могла быть назначена смертная казнь или какое-либо телесное, увечащее, позорящее наказание, если это не предусматривалось императорским правом.
Жестокость наказаний доходила в «Каролине» до крайних форм. Если в Салической правде наиболее распространенным видом наказания были композиции, то в «Каролине» особенно часто упоминается смертная казнь. Считалось, что наказание не только карает преступника, но и устрашает других. Устрашение признавалось главной целью наказания. Соответственно широкое распространение получили квалифицированные виды смертной казни (сожжение, утопление, четвертование). Чтобы сделать казнь более мучительной, предусматривалось совершение «дополнительных действий». Так, при «измене» и в некоторых других случаях предписывалось «злостных преступных людей для вящего устрашения прочих перед той или иной смертной казнью волочить (к месту казни) либо терзать тело раскаленными щипцами». Нередко устанавливались и калечащие наказания (обрезание ушей, языка и т. д.).
Широкое применение в «Каролине» наиболее жестоких видов наказаний (а также пыток в судебном процессе) отчасти связано с особым обострением внутренних противоречий в Германии в период Крестьянской войны 1525 г. Однако жестокость наказаний не привела ни к искоренению общеуголовной преступности, ни к подавлению борьбы против средневекового мракобесия.
Ниже приводятся краткие выдержки из протокола пыток, составленного писцом инквизиции.
В приведенных выдержках из протокола пыток нет ни оценки совершаемого, ни его осознания в теоретической форме. Тут факты, только факты, однако уже отобранные, сокращенные. Имея эти факты перед глазами, трудно уйти от правильных выводов и оценок.
В судебном заседании по «Каролине» рассматривались материалы предварительного следствия, проводился допрос обвиняемого. Особо торжественно было обставлено вынесение приговора. Чтобы усилить устрашающее впечатление от наказания, приговоренного к смерти вводили в зал судебного заседания в железном ошейнике и колодках; объявляя приговор, судья ломал свой жезл. Приговоры приводились в исполнение на площадях при большом стечении народа.
Жестокость наказаний была присуща и уголовному праву Англии и проявилась, в частности, в «кровавом законодательстве» периода абсолютизма.
Акты, заложившие основу «кровавого законодательства», были приняты еще в XIV в. Так, ордонансом «О рабочих и слугах» (1349 г.) каждый, кто, не имея собственности и средств к существованию, отказывался работать на полях лорда, подлежал тюремному заключению и клеймению. В дальнейшем жестокость наказаний возрастала. По акту 1495 г. нищих и бродяг заковывали в колодки. Правда, в XVI в. старым и неспособным к труду «милостиво» предоставлялось право собирать подаяния. Более развитая система наказаний предусматривалась актом 1597 г. «О наказании бродяг и упорных нищих». По этому акту бродяге грозило бичевание кнутом, «пока его или ее тело не покроется кровью». «Упорные нищие» наказывались содержанием в тюрьме, работном доме, на галерах, ссылкой в заморские страны, а бежавшие из ссылки – смертной казнью.
В Англии, признаваемой в настоящее время лидером гуманного отношения к человеку, при Генрихе VIII было казнено за все виды преступления 72 тыс., при его дочери Елизавете (XVI в.) – 79 тыс. человек.
Значительным своеобразием отличалось развитие судебного процесса в Англии. Как отмечалось, уже со времени реформ Генриха II здесь зарождается и в последующем продолжает существовать суд присяжных, состоявший из жителей данной местности. Они выносили вердикт (виновен – не виновен), после чего судья объявлял приговор, при признании виновности определял меру наказания. Непосредственно с деятельностью суда присяжных связаны некоторые особенности судопроизводства: слабое распространение инквизиционных форм процесса и теории формальных доказательств. В Англии раньше, нежели в других странах, появились различия между уголовным и гражданским процессом. Процессуальное положение обвиняемого здесь было более благоприятным. Обвиняемых довольно рано освободили от обязательной необходимости доказывать свою невиновность, бремя доказывания вины было возложено на обвинителя ( презумпция невиновности ).
Пытки в судах применялись реже, сомнения в доказательствах толковались в пользу обвиняемого. Однако порядок судопроизводства грубо нарушался в периоды обострения классовой борьбы, например накануне английской буржуазной революции в политических трибуналах (Звездная палата, Высокая комиссия).
Изучение истории феодального права в странах Западной Европы позволяет сделать некоторые выводы, характеризующие общие направления его развития.
В источниках права наблюдается постепенное преодоление партикуляризма, но сильное влияние обычного права окончательно преодолено так и не было.
Для правового положения населения было характерно закрепление сословной организации общества, феодальной иерархии и вассальных отношений.
В гражданском праве наибольшее внимание уделялось праву феодальной собственности на землю, утверждению феода как основной формы землевладения.
Становление уголовного права характеризовалось разработкой ряда центральных понятий (преступление, наказание, вина как основание ответственности, соучастие, необходимая оборона), формированием представления о системе преступлений, ужесточением наказаний и т. д. Наконец, в области уголовного процесса наиболее заметным был переход от состязательного процесса к обвинительному, инквизиционному процессу со свойственными последнему теорией формальных доказательств, презумпцией виновности и пытками.
С разложением феодализма средневековое право в целом приходит в противоречие с потребностями исторического развития, становится силой, враждебной обществу. Поэтому буржуазные революции выдвигают требование уничтожения старого права.